Чародейка поневоле. Книга 4. Книга судьбы

Глава 21. Дом, милый дом.

Как я не рвалась всей душой домой, отъезд пришлось временно отложить. Все же воздействие Василиска на организм живых существ, плохо изучен, в связи с их малочисленностью. Возможно, мною был уничтожен последний экземпляр их популяции. Ну, и ладно. Надо было раньше заносить их в «Красную книгу». А теперь какие ко мне могут быть претензии? Никакие «Зеленые» и другие представители защиты животных не смогут докопаться.
Но что-то я отвлеклась.
Так вот, влияние гипнотического взгляда Василиска на мою подругу, оказалось более разрушительным, чем я ожидала. Возможно, если бы на ее месте находился кто-нибудь другой: человек, гном, орк или даже эльф, то шансов у него не было бы вовсе. Но у ведьм, на магические воздействия, имелся определенный иммунитет. Однако и Бригиде, чтоб хоть немного придти в себя, потребовалось трое суток.
Помочь я ей ни чем не могла. Хотя честно пыталась. Например, я предложила дописать в книгу судьбы пару строчек. Но еле шевелящая губами подруга, наотрез отказалась сообщить мне свое полное имя. Ну и пусть! Не очень-то и хотелось! Да и почерк у меня, честно говоря, корявый. Пишу, «как курица лапой». Зачем портить книгу?
Так, что, пока я изнывала от безделья, Бригида занималась самолечением.  
На четвертый день, подруга почувствовала себя намного лучше, сказав, что вполне способна на дальний перелет.
И вот я вновь верхом на своей метле мчусь чуть ниже облаков.
Встречные потоки развевают волосы. Встречный ветер немного щекочет кожу, пробуждая стаи мурашек, которые беззастенчиво бегают по всему телу, забираясь в такие потаенные уголки, что и сказать стыдно. Но на это я не обращала внимания, забираясь все выше и выше.
Путь домой не занял много времени. Всего-то полдня и ночь. Ни куда не сворачивая, я  выжимала из своего транспортного средства, все, на что оно было способно.
Как только краешек солнца слегка выглянул из морских глубин, окрасив воду в ярко-розовый цвет, я увидела знакомые места. С высоты птичьего полета, насколько хватало глаз, простиралась зеленая долина исчерченная целым бантом речных протоков. На их берегах, в тени садов, прятались уютные домики. Дальше, вдали от реки, тянулась безграничная, желтая от сенокосов, степь. С высоты она кажется ровной, но мой привычный глаз легко различал линии отлогих лощин и глубоких оврагов.
Я глубоко вздохнула, чувствуя, как меня до полноты души, переполняет сладкое чувство скорой встречи с родными и друзьями.   
Первые признаки прошедшей беды, появились, когда до замка оставалось совсем немного. Самое ближайшее к нему селение, в десять домов, оказалось разорено.  Сделав над ним круг, я увидела мертвецов. Это были мужики, дети, бабы, старики со старухами. Они первыми приняли удар отрядов нежити. Картина нападения ясно вставала перед моим взором.
Ночью, когда все уже видели не один сон, ликаны вломились в дома. Люди в паники выбегали на улицу, где на них набрасывались волкодлаки и вампиры. Мужики с голыми руками пытались защитить свои семьи, однако, что они могли сделать против озверевшей нежити? Женщины закрывали собой детей. Но пощады не было ни кому, оголодавшие от многодневного пути оборотни вырезали всю скотину, вплоть до самой последней куры.
Дальнейший их путь не вызывал сомнений. Всего в версте отсюда, на берегу моря, стоял замок.  
При мысли о том, что близких людей, могла ожидать такая же судьба, меня бросило в холодный пот. Внутренности, сдавило, а сердце забилось как у загнанного кролика.
До боли, в пальцах сдавив черенок,  я послала  метлу в сторону замка, еще на что-то надеясь. Но уже на подлете поняла, что все мои надежды рассыпались прахом. Ворота оказались распахнутыми настиж. Их, казавшиеся незыблемыми, обитые железом, створки болтались на сорванных петлях, жалобно поскрипывая при каждом порыве ветра.
На дворе  царила мертвая тишина. Только вездесущие воробьи, копошились в горах мусора.
Отбросив метлу, я опрометью кинулась к зияющему пролому двери. Мне было жизненно необходимо разобраться в странностях происходящего.
Пробежав холл, я на одном дыхание взлетела по довольно длинной лестнице. То, что Бригида не отстает, я чувствовала по ее дыханию за спиной.
Первые несколько залов и комнат оказались пусты. Если не считать раскиданной и переломанной мебели, которая, по всей видимости, совсем недавно перегораживала проходы.
Неужели ни кого не осталось в живых?
Я тут же отогнала промелькнувшую  паническую мысль.
И тут я услышала голоса, доносившиеся из детских покоев. Я со всех ног  бросилась туда.  Рванув створки дверей, тяжело дыша и хватая ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба,  застыла на пороге.
Здесь были все «Гена, Стас, Турбо, Никита и Дюша Метелкин», а говоря другим языком, Фарг, Монти, брат Якоб, как герой гражданской войны с обмотанной головой, двое боевых монахов и восемь матросов. Раненых не было. Нежить в плен не брала. Но самое главное здесь был мой муж и дети, беспечно носившиеся по комнате. Взрослые же, в компании, которых находились также домоправительница мадам Эвери и наш уважаемый дворецкий Бернар, были увлечены спором о возможности повторного нападения и мерах, которые можно предпринять для защиты замка.
У меня, словно тяжелый груз упал с сердца. Почувствовав внезапную слабость, я прижалась к стене, медленно опустившись на пол.    
- Мама! Мама приехала!
Первыми меня увидели естественно дети. ( Остальные, увлеченные оживленной беседой, даже не обратили на вновь прибывших внимания).
Не слушающимися руками я обняла, прильнувших ко мне ребятишек. Тут и любимый муженек опомнился. Подбежав, он сгреб меня в охапку, притащил к столу, аккуратно усадив в мягкое кресло. Меня тут же окружили заботливые лица.      
Вот я, наконец, и дома, в кругу самых близких мне людей.
Осталось поведать совсем не много.
Из сбивчивых рассказов во время шумного пира, у меня сложилось кое-какое представление о событиях, произошедших во время нашего с Бригидой отсутствия.  
Как оказалось, брат Якоб, не стал надеяться на общепринятое «авось», а обратился к своей давней знакомой Яге. Та, при поддержке своего заботливого папаши, наложила на окрестности замка охранное заклинание. К сожалению, оно имело ограниченный радиус действия. Но давало хоть какой-то шанс. Так, что о приближении нежити стало известно за сутки до ее появления, что позволило принять необходимые меры.
Кстати, не думайте, что мои друзья не побеспокоились  о крестьянах. По просьбе брата Якоба, Симбат лично оповестил все местное население о надвигающейся угрозе. Но ему, естественно, не поверили. После столетия мирной жизни, простые обыватели отвыкли от мер безопасности. Зачем бросать, в поте лица, нажитое имущество и бежать прятаться в схроны? Они, конечно, с умным видом покивали. Обещали принять необходимые меры. И только.  Вот за эту свою беспечности они в итоге и поплатились.  
Нежить подошла к окрестностям замка незадолго до рассвета. Все на что у них хватило времени, это полностью, вырезать все живое в близлежащем селении. Удовлетворив голод и набравшись сил, нежить отправилась к замку. Но нападать они не спешили, укрывшись от солнечного света в горах.
Все это время мои друзья готовились к обороне.
В принципе, алгоритм борьбы с нежитью, уже давно разработан святой инквизицией. По этому поводу было даже издано несколько научных трактатов, автором одного из которых был как раз брат Якоб.  Под его чутким руководством и осуществлялась подготовка.
Перво-наперво, на стены были подняты бочонки с маслом, запас которого был заблаговременно подвезен с караваном. Маслу предстояло стать горючей смесью, добавляемой в наполненный водой ров.
Воздействие крестов и освященной воды на нечисть, сильно преувеличено, что брат Якоб, убедительно доказал в отдельной главе своего научного труда «О влиянии предметов домашнего и церковного обихода на нежить и другие магические существа». Поэтому заморачиваться с ними не стали.
Зато  концентрат чесночной эссенции действует на нежить наподобие серной кислоты, оставляя, медленно заживающие, ожоги. Флаконы с этим чудодейственным веществом были расставлены во всех помещениях.
Все окна в замке, а также дымоходы, были заколочены и, для надежности, блокированы тяжелой мебелью. Для ведения стрельбы, остались только бойницы. Внутри дома, все коридоры преграждали массивные баррикады.
В своем трактате, брат Якоб использовал многовековой опыт в борьбе с нежитью. Даже страшно подумать, сколько людей отдало свои жизни для того, чтобы их потомки могли выжить. Глава внешней разведки знал, что в случаи прорыва, обороняющие должны немедленно уйти за другую линию обороны. Отступать придется в спешке и, возможно, полной темноте. Поэтому брат Якоб,  провел несколько тренировок,  в ходе которых все участники научились отступать на альтернативную позицию  при любом освещении и минимальных затратах времени.
Гарнизон замка, усиленный экипажем «Звезды востока» и пятью боевыми монахами, составлял всего, на всего двадцать шесть бойцов. Все были вооружены холодным, посеребренным оружием, луками и арбалетами. Наконечники стрел заменили серебряными. Для вампиров серебро не так страшно, как для оборотней, но точное попадание замедляет их, да и со стрелой в голове, не      очень-то и повоюешь.  
В общем, к назначенному сроку было все готово.
Наступила ночь. Все пространство перед замком окропил холодный свет полной луны.  
Ровно за час до полуночи армия тьмы, в составе пятнадцати ликанов и десяти высших вампиров, при поддержке полусотни волкодлаков, пошла в наступление.
Волки с ходы попытались форсировать ров вплавь. Со стен полетели горящие стрелы. Заблаговременно вылитое масло вспыхнуло. Примерно треть волкодлаков сгорело заживо, остальные, скуля, вылезли на берег с опаленной шкурой.                
Но это лишь на время задержало врага. Обратившись в летучих мышей, вампиры перелетели пламя и завязали бой на стене. В это время ликаны просто перескочили ров и, выбив ворота, опустили мост.
Внешний периметр был прорван. Защитники организованно отступили в замок.
Далее последовало несколько часов бесплотных попыток нежити прорваться внутрь охраняемого объекта. Все возможные пути были перекрыты. А подступы хорошо простреливались. Защитники, часто меняя позиции, чтобы не попасть под действие чар, просто напросто отстреливали слабых врагов в лице волкодлаков и даже смогли убить одного ликана.
Наконец, направленному обследовать окрестности замка отряду, удалось обнаружить подземный ход, по которому отправились три  вампира, и пять ликанов. Когда твари углубились в секретный туннель, стены которого, заблаговременно,  были обработаны горючей смесью, коридор был подожжен, превратившись в смертельную ловушку. Вся нежить сгорела, словно в печи крематория.
После этого, чувствуя приближение рассвета, нежить, не считаясь с потерями, пошла на решительный штурм. Каждый коридор, каждую баррикаду, тварям приходилось брать с боем. Защитники замка отстреливались из-за укрытий, кидали в нежить чесночной эссенцией, а после организованно отступали.
Но без потерь не обошлось. В рукопашной схватке геройски погибли три монаха, и пять матросов. Они не успели вовремя отойти, и были окружены. Брат Якоб чудом остался жив, благодаря безумной атаке моего мужа, вместе с Фаргом и Монти. Им бы пришлось плохо, если бы их вовремя не поддержал огнем из многозарядного арбалета, Бернар. Оказывается он, в свое время, служил в гвардии отца нынешней королевы и слыл одним из самых метких стрелков.
Основной задачей защитников, было продержаться до утра. Но и нежить знала это, поэтому усилила натиск. До рассвета был еще больше часа, а армия тьмы успела захватить почти весь замок.  
Последней линией обороны стал коридор ведущей в детские покои. Оставшиеся в живых защитники готовились принять последний бой, но в этот самый момент нечисть, по непонятным для моих друзей причинам, перестала бездумно лезть вперед, а просто разбежалась кто куда.
Но я-то точно знаю, что произошло. Как раз в этот самый момент, многотонная плита превратила их господина в коврик.
Однако этот мой, достойный восхищения геройский поступок, для моих друзей, был неизвестен. Поэтому они находились в режиме повышенной боеготовности, вплоть до моего появления.
Вот, в общем-то, и все, что я хотела рассказать.
Книгу, как и было, уговорено, вместе с тремя талисманами высших богов, я передала Вию. Четвертый, свой медальон, он оставил мне, превратив его в еще один защитный амулет.
Наконец-то я смогу отдохнуть в кругу родных и близких, если силы зла, это, конечно мне позволят…