Непокорная жена слепого ярла. Путь в Хольмгард

Глава 1

То, что изменить невозможно.
Я стояла на палубе крутобокого драккара, ощутимо покачивавшегося на волнах бухты Вестфольда, и вспоминала слова старой лейсинг Агды. В том видении, что пришло ко мне у Сейд-камня, в путь отправлялась целая флотилия, а не два корабля, однако я не сомневалась: происходящее — подтверждение третьего пророчества.
Третьего и последнего. Как дальше сложится моя… (тут я бросила быстрый взгляд на стоявшего рядом Ронгвальда и быстро поправилась) …то есть наша дальнейшая судьба? Действительно ли мы вернёмся спустя год ссылки, назначенной конунгом? И что ждёт нас в Новгороде, то есть Хольмгарде, откуда, как оказалось, была родом та, в чьё тело меня из двадцать первого века перекинул водоворот Согне-фьорда?
Хотя наиболее актуальным вопросом, пожалуй, был этот: сумеем ли мы вообще добраться до земель русичей? До зимы рукой подать, а путь неблизкий. От западного берега Норвегии в Балтийское море, оттуда по Неве в Ладогу, а оттуда уже реками к Ильменю. И это притом, что толком подготовиться к путешествию нам не дали: конунг настоял на скорейшем отъезде. Его «шикарнейший» аргумент до сих пор вызывал у меня подгорание седалища: вот Эйрик Чёрный отправился в путь следующим же после рокового тинга утром. А вы что медлите? И ведь не возразишь, что Эйрику — дорога посуху и в свои земли. А нам — по морю и тролль знает куда.
— Купим недостающее в Каупанге, — утешил меня Ронгвальд. — Всё равно мимо плыть, — однако мои недобрые чувства по отношению к конунгу Харальду это не особенно пригасило.

— Ты волнуешься. — Муж нежно сжал мои пальцы. — Напрасно. Я знаю путь в Хольмгард так хорошо, что даже с повязкой на глазах проведу туда корабли.
— Ни на мгновение не усомнюсь, — искренне ответила я, отвечая на пожатие. — Только всё равно тревожно.
Строгие губы Ронгвальда тронула лёгкая улыбка.
— Расскажи мне, что ты видишь, — попросил он, и я, отвлекаясь от переживаний, принялась описывать:
— В гавани полно народа. Не только простые жители, но и знатные ярлы пришли проводить тебя.
— И соглядатаи, — спокойно добавил Ронгвальд, не уточняя чьи. — Впрочем, пусть их. Что ещё ты видишь?
— На борт «Ястреба» поднимают бочки. Что там, вода?
— Эль, — поправил Ронгвальд. — Вода быстро становится негодной.
Я кивнула, опять позабыв, что он не может меня видеть, и продолжила:
— Уже погрузили мешки с крупой, сушёной рыбой и сухарями, но несут ещё. Что там, инструменты?
— И инструменты, и посуда, и шатёр для тебя, — подтвердил Ронгвальд. — А что с «Соколом»?
Я послушно перевела взгляд на соседний драккар.
— Тоже грузят мешки и бочки. Форинг Хельги проверяет каждый. А на «Ястребе», как ты и приказал, за всем смотрит Ивар… Вон он, идёт сюда вместе с Войко.
Ронгвальд с достоинством наклонил голову и почти безошибочно повернул голову к приближавшимся Ивару и новгородцу.
— Твои приказы выполнены, ярл! — не без гордости за столь ответственное поручение отчитался сын Ульрика. — Погружены три бочки с элем, бочка квашеной капусты, три мешков рыбы, три — вяленого мяса, один — с сыром и маслом, пять — с крупой. Этого не хватит на весь поход…
— Недостающее возьмём в Каупанге, — в точности, как меня, успокоил Ронгвальд. — А теперь узнай, что у Хельги, и скажи ему, чтобы «Сокол» выходил в море первым.
— Слушаюсь, ярл!
Ивар поспешил выполнять указание, а Ронгвальд обратился к Войко.
— Как я говорил, родич, тебе помогать мне вести «Ястреба». Ты уже проходил путь от Хольмгарда до Нордверга, а мореходы из твоих земель славятся своими умениями. Однако ж следи за тем, как Хельги поведёт «Сокола»: здешние фьорды знакомы форингу лучше, чем рукоять его топора.
— Понимать, родич, — уверенно кивнул Войко. Посмотрел на меня и сквозь серьёзность путешественника пробилось тепло. — Не бойся, сестро. Доплывём.
Я ответила улыбкой, одновременно отпихиваясь от некстати проснувшейся совести.
Войко искренне любил сестру; чтобы найти её, он и его люди преодолели длинный путь и едва не попали в рабство. И что я могла поделать с тем, что в теле дочери новгородского купца Искры теперь пребывала моя душа? Ровным счётом ничего. Только с благодарностью принимать братскую привязанность Войко и стараться отвечать тем же.

По узкому деревянному трапу на борт драккара взбежал Ивар и крикнул:
— «Сокол» загружен, ярл!
Ронгвальд ответил кивком. Снял с пояса рог, инкрустированный чернёным серебром, приложил к губам, и над гаванью Вестфольда поплыл глубокий и чистый звук. Ему ответили с борта «Сокола», и под этот сигнал в драккары начали споро подниматься до зубов вооружённые воины в тёплых плащах и с вещмешками за спинами. Мы с Ронгвальдом перебрались с носа на корму корабля, где для нас была установлена удобная лавка-сундук. В неё я уже убрала свои запасы целительницы и смену одежды для себя и мужа. А на нос поднялся Войко с одним из дружинников Ронгвальда; у последнего в руках было нечто, в чём я, пусть и далёкий от морского дела человек, предположила лот.
Большинство дружинников расселись на лавки гребцов, спрятав под ними личные вещи, но несколько человек суетились возле паруса. Ветер был попутным, чем и следовало пользоваться.

Втянули трап, под хлопанье паруса подняли якоря на носу и корме. С берега донеслись крики прощания и пожелания милости бога Ньёрда. Обернувшись, я заметила конунга с дружиной — не иначе пришёл убедиться, что его воля исполнена, но в последний момент, чтобы не пришлось прощаться.
— Возможно, и так, — согласился Ронгвальд, которому я вполголоса сказала об этом. — Что же, пусть смотрит без прощания.
Ветер выгнул полосатый парус упругим горбом, и «Ястреб» заскользил по мелким волнам бухты вслед за свои компаньоном «Соколом».
Путешествие в Хольмгард началось.