Ванда Здорная и колдовские свитки

18

***
– Велес! Велес! – Выла Мира, бросаясь к горящей хижине. Хрупкую девушку с трудом удерживали два княжеских ратника.
– Успокойся, дочь, успокойся. – Хмуро сказал тот, который постарше, с густой медной бородой. – Наши парни там. Если он... еще жив... они обязательно его вытащат.
Однако на Миру его слова не действовали. Она кусалась, царапалась, извивалась как змея, глядя на плямя, пожирающее сруб.
Сама же Ванда тихо рыдала и вовсе не от боли – она видела, как на Велеса обрушилась крыша. Она знала, что им его не спасти. Иван стоял рядом, переминаясь с ноги на ногу. Ему не нравился Велес, но даже Иван не мог не признать, что Велес погиб, как герой.
Люди, которые прибежали с деревни и помогали пожарным тушить пожар, еще не разобрались что к чему, но услышав, что в доме заживо сгорел молодой парень, бабы заголосили. Так громко, словно там был их единственный сын.
Спустя еще некоторое время, а Ванде показалось, что прошла целая вечность, из полотна дыма показались пожарные, за ними мужики из дружины. Некоторые из них, не стесняясь, плакали.
Мира замерла, словно статуя, а потом закричала не своим голосом:
– Где он? Где он?
Два врача скорой помощи на носилках несли Велеса. Взглянув на окровавленное обгоревшее тело, Мира пискнула и свалилась без чувств. И это было к лучшему, иначе она бы просто сошла с ума.
Старенькая женщина–врач склонилась над телом со скорбным лицом и вдруг сообщила:
– Он жив!
Эта новость не сразу дошла до сознания уже простившихся с Велесом людей, но как только каждый из них осознал услышанное... Кто молился, кто просто бормотал «спасибо... спасибо...», осеняя себя крестным знаменем. Ванда словно оцепенела и зарыдала уже от счастья.
– Расступитесь! Дайте пройти! – Кричали медбратья взволнованной толпе. 
Ванда протиснулась с ними к носилкам. На Велеса было страшно смотреть, он был черным, как уголек, а лицо почти обгорело. Но это было неважно, сказала себе Ванда. Он был жив!
– Все обошлось. Кий со стражниками схватили Гонтию и казнили без суда. Защитная линия восстановлена.
Ванда обернулась.
Медведь стоял перед нею и на глазу его белела повязка. 
– Я теперь почти, как Лихо, – пошутил он. – Одноглазый. А это, – он протянул ей свитки, – по праву твое.
– Спасибо, – Ванда приняла записи из рук Медведя и тяжело вздохнула. – Вы поймали Или… болотницу?
– А то как же. Ты ,наверное, думаешь, как случилось так, что Илица была зачислена в Грамотницу? Тут все просто, о том Надию упросила Гонтия. Они с Ершом понадеялись, что Илица помешает тебе пройти испытания, но после им пришлось придумать другой план. Ерш понимал, что сама ты можешь не догадаться, где находиться вход в  Навь (хотя надо заметить он и сам понятия не имел, что вход в усыпальнице) и наказал Илице войти к вам в доверие и подсказать направление.
– Значит, Березка не пыталась меня отравить?
– Нет, это все подстроила Илица.
– Она сказала, что моя бабушка разрушила их дом и я подумала… – Ванда горько вздохнула и покачала головой. – Как же я не догадалась, что она не человек. А еще стражница!
– Да уж, – протянул Медведь. – Верея по весне изгоняла из Тясьмича нечисть. Не печалься, и более опытные ведьмаки не всегда болотницу от живой отличат. И Савелий тоже не уразумел. Даже Надия, как видишь так и не поняла, кто перед ней.
– Что связывало ее с босоркой?
Медведь хмыкнул.
– Бабья глупость. Гонтия продавала ей запрещенные травы для омоложения. Надия также не подозревала, что Ерш, ради которого старалась, вовсе не так свят, как ей хотелось думать. Его история началась с того самого дня, как Китеж явился ему в отражении Светлого Озера. О, он был на редкость толковым юношей и сразу смекнул что к чему. Родители, воспитавшие его, поведали историю, которую рассказала им Божедара и тогда Олех решил вернуться в Китеж. Да, он был на редкость толковым, – задумчиво повторил Медведь, – и способным к колдовским тайнам.
– Но если Ерш и сам был могущественным колдуном зачем ему понадобилось мордовать хлопцев?
– Ерш, так же как и многие другие, не знал куда подевались свитки. Сперва он думал, будто Верея их перепрятала и стражам известен тайник. Он хотел выбить с них признание, а потом, когда Бровчиха разгадала тайнопись, понял что ошибся. Однако Ерш не зря занял место главного стража. – ответил Медведь. – Он был отличным стратегом. – Уж не знаю каким образом была стерта линия в предыдущий раз, но бесплотным бесам не удалось победить китежских ратников. Ерш учел прошлый неудачный опыт и решил создать войско вурдалаков. Благо, у него для этого были все возможности. Кроме того, он продолжал выплачивать погибшим жалованье, чем убивал сразу двух зайцев, ведь в его руках оказались просто горы золота. Монеты его никогда не интересовали, но золото помогало ему заручиться поддержкой некоторых нечестных начальников…
– Таких, как Глызя, – поддакнула Ванда.
– Совершенно верно.
– И все же… почему колдун не убил меня, когда я отыскала свитки?
– Все дело в пророчестве, – ответил Медведь. – Сказано было, что только ты, та, в чьих венах кровь Вереи, способна вернуть ему  могущество. Он точно знал, что должен убить Велеса – отречься от крови своей – да–да, Ванда, их ведь объединяло кровное родство –  и принести его в жертву Чернобогу. А уж о том, как  использовать свитки мог только догадываться. Он считал, что Верея заколдовала свитки так, чтобы только ее потомки могли использовать их.  Поэтому он не причинял тебе вреда, пока не убедился, что заклинания прочитанные Гонтией, работают. Ерш считал, что им удалось зажечь созданную Чернобогом руну, не ведая, что руна, которую он носит, поддельная. И по той же причине он приказал не трогать Миру – Ерш рассчитывал, что твой страх за подругу заставит тебя быть сговорчивее. И он аж никак не ожидал, что вы обе вырветесь из плена, ведь твой дар до того дня, как сломалась печать, считался выжженным…
– Что теперь будет? – Спросила Ванда.
– Об этом можешь не беспокоиться, – ответил ей Медведь. – Китежский князь у вас в неоплатном долгу… К слову, о долге, – продолжил он. – Волхвы скоро затребуют свое. – Медведь сглотнул собравшуюся во рту слюну и кадык его судорожно дрогнул. – Вот возьми… – Он сунул руку запазуху и достал сложенное в несколько раз письмо.
Ванда развернула его и узнала почерк Савелия.
" Гой еси, Медведь. Пишу  к тебе с прошением усердным. Слыхал я, ты этим годом наставничать в Грамотнице собрался. Прошу тебя приглядеть за девицею, имя ей –  Ванда Здорная.
Внучка она Вереи Юродивой и дар ей от бабки передался.
Ты, Медведушка, не знал, но обьединившее меня с Вереей – больше, чем дружба. Я ей жизнью обязан. А было то еще до знакомства с Даною.
В чем перешёл я дорогу Глызявому, я до сих пор не ведаю, но задумал он на меня жалобы князю писать. И вот однажды взяли меня под стражу и бросили в острог. Сидел я там три дня, а на четвёртый назначили мне смертную казнь.
Стоял я уже с петлей на шее, когда на площади появилась Верея. Глаза бегают, волосы колтунами сбились, подол рубахи оборван... Втупилась в меня взглядом, я аж взмок весь... Разверзлась у меня под ногами яма, я только зажмурится и успел, как полетел вниз и больно ударился башкою оземь, но удар не омрачил моей радости, ведь я был жив, а в то время действовал закон – ежели казнь прерывалась по причине обрыва веревки осужденного признавали невиновным и отпускали с миром. Я–то сразу понял, что  ведьме понадобился. А слава о ней ходила недобрая. Ну, думаю, уж лучше было помереть.
Спустился с помоста, она меня пальцем манит. Ну добре, мыслю, пойду спрошу чего надобно.
Заманила она меня в развалину какую–то, а там – такого я в жизни не видел – сидит женщина, вся словно из воздуха соткана...
Я так и опешил. Наречница Световита!
Вот что она мне рассказала... 
Когда Род создал Явь, то обнес наш мир благодатной защитой.  Бесы были изгнаны в Темную Навь, в пекло, а в Яви не нашлось для них места. Некоторые из них спрятались в межмирьях и стали не больше, чем духами... 
Но люди, чинившие зло, разрушили в себе любовь Рода и впустили в себя бесов, которым, чтобы вернуть себе могучую силу не хватало лишь тела... Так появились первые колдуны – балийцы. Объединившись, они возвали к Чернобогу и с его помощью стерли защитную линию. И хлынули из межмирья бесы в бессчисленном своем множестве. И поселились в "своих" местах – болотах, водоемах, лесах и оврагах. А некоторые отважились к людям пойти, и в их домах нашли свой приют. Тогда собралась группа старейшин и обратились они к Сварожичу, дабы научил он их волшбе. Услышал их Бог–кузнец, взмахнул рукою и откололся от небесной горы латырь – камень и проступили на нем огненные письмена.
Так изучили они волшбу, и назвались каменными волхвами и ушли глубоко в подземелья и жили там тысячи лет.
Тем временем (об этом мне поведал бес, овладевший Даною, Чернобог свершил свое злодеяние, и родился на земле мальчик, коему уготовил он участь  разрушить единство каменных волхвов...
Когда подрос, явился он к ним в виде волка назвался посланником бога Велеса и рассказал о божественном гневе.
– Сварог, – говорил он  и волхвы внимали ему, – гневиться, ибо ни разу вы не воздавали ему. Раскинулась долина за темным лесом. Поставьте там капище, а чтобы задобрить Сварога принесите в жертву живое существо, которое первым придёт к воде... 
Так увещевал их Вовкулака словами лживыми, а сам возвратился в деревню и подозвал одного из малых ребятушек.
– Иди, – сказал он, – за лес в зелёное поле, бежит там ручей с живою водою, ты набери в бычий пузырь той воды и снеси больной матушке, тотчас же она оздоровится.
Малец обрадовался, побежал в зеленую долину, а там его волхвы схватили да, как козленочку, горло перерезали. Заложили на том месте капище, а чтобы  наказания избежать написали князю Яромилу – так, мол, и так – исчез малец, а виной тому балийка Ерга и сын ее Вовкулака. Ергу Яромил казнил,а с Вовкулаки велел руну снять и в темницу бросить.
Так, ответив на зло злом, сыновья Свароговы заключили негласный договор с бесами и уподобились им.
Глядя на то беззаконие и ложь собрались Сварог, Перун и Велес и решили наделить дитя человеческое своею силою, равной балийскому отродью.
Сложили по толике своего могущества, а Перун вложил силу в молнию и бросил на землю. Одного не учли – не каждому силу такую принять дозволено, а потому Верея рассудком и помутилась и не было ей счастья от божественного дара.
Порою просила она богов лишить ее сил и было ей видение, открывшее будущее. Когда явилась к ней Божедара, Верея уже знала, как поступить. Собралась она с силами, пробралась в хранилища княжеские, выкрала свитки и спрятала их, одновременно лишившись силы, а мне отдала руну Вовкулаки, похищенную вместе со свитками, на хранение. Прими её, Медведь, и возрати дочери Бакуни, когда придет время. "
Ванда дочитала письмо, смахнула выступившие слезы и коснулась кончиками пальцев горячей руны на шее.
– Что я должна сделать с ней?
Медведь пожал плечами и ласково улыбнулся.
– Всему свое время, Ванда. Всему свое время. Дважды ты просила Сварога о помощи и дважды воздашь ему. 
Эпилог
Сошли снега, весна сменилась теплыми летними днями и обучение в Грамотнице подошло к концу. Велес все еще не пришел в сознание, но лекари делали утешительные прогнозы. Каждый день Мира навещала его и мазала ожоги заживляющими варевами трав.
Батька ее, Рознег, прознал об обмане, но не сказал ни слова, а только сгреб в охапку и стер о ее плечо скупые мужские слезы. 
Князь Всеслав, околдованный Гонтией, наконец–то вернулся к рассудку и наказал судить всех, кто помогал Ершу по доброй воле.
Тело Златославы выловыли с Тясьмича, свершили тризну. Славный Китеж восстанавливался после страшного побоища.
Одна лишь Ванда не радовалась очередной победе и с тяжелым сердцем ждала, когда  явится за ней посланник Волхвов.