Ломбард Проклятых душ. Пятая книга. Коронованный бродяга

Размер шрифта: - +

Глава 22. Фенечка дружбы

 

В то утро Евгения Александровна отвезла сына к своей подруге, Эмме Юрьевне, которая являлась главным педагогом и режиссёром собственной театральной студии. Стрижевая хотела, чтобы Араик поучился там. У этого же мастера брали уроки и другие артисты. Дима и Дуня даже пару раз у нее бывали, репетируя роли для мюзикла. Конечно же, старинная подруга не отказала и приняла бывшего Березкина-младшего в свою труппу учеников.

    Вернулись домой мать и сын в приподнятом настроении. Даже она забылась от своего горя, ухода мужа, но юноша и не подозревал, что приемные родители разводятся. Араик и вовсе сказал, что, как наверное, обрадуется Наиль Мунирович, узнав, что его взяли в театральную школу. Услышав это, Евгения поняла, что бедняжка привязался к приемному отцу, и ей стало страшно: что будет, когда ее секрет откроется?!

    Оказалось, что пока они отсутствовали, к ним приехала Дуня. А еще обещалась зайти Стеша, о чем она сообщила в эсэмэске другу. Юноша радостный побежал на кухню к Августе Кирилловне, чтобы сообщить чудесную новость.

- Вставайте, Женщины, все в строй! Погубим вместе домострой… - моя посуду, напевала домоправительница и кухарка в одном лице…

    Тут раздалось ее имя. И она, выключив воду, обернулась. Приемный сын хозяев рассказал, что Эмма Юрьевна приняла его в свою школу.

 

- А еще скоро сдам экзамены экстерном, и не надо мне больше будет учить эту нудную алгебру!

- Так ты чему больше рад: театральной школе или тому, что обычная закончится? – улыбнулась Женщина, которая очень любила этого юношу, как родного сына.

- И тому, и другому.

- Ну, как здорово! А я гуся поставила в духовку. Как раз отметите это радостное событие! Рецепт папа Димы дал.

- Здорово. Спасибо большое! Я пойду пока к себе.

    Он выпорхнул из кухни, а на лице Августы Кирилловны еще долго сияла ласковая улыбка.

 

* * *

 

    До Стеши дошли какие-то неприятные, странные слухи, и так как в ресторане работы еще имелось мало, потому что еще не закончились какие-то дела на кухне по установке бытовой техники, и они поэтому еще не открылись, девушка отпросилась у начальницы пораньше и поспешила к Стрижевым.

    От Гули, которая в свою очередь подслушала разговор Чарльза, бригадира официантов, с его молодыми подчиненными, девушка узнала, что, кажется, что-то случилось с Наилем Мунировичем! Морозова сама не ожидала, но очень встревожилась за мужчину. Интересно, что случилось, и как это повлияет на Араика?! Надо выяснить! Девушка заказала такси и помчалась к другу.

 

* * *

 

    Араик вошел в малую библиотеку на втором  этаже и, сняв с руки браслеты, положил их на столик у стены. После чего поспешил на кухню помогать Августе Кирилловне с приготовлением гуся по рецепту Егора Петровича.

    Дуня вошла в комнату за книжкой по музыке, и ее взгляд тут же упал на украшения сына покровителей. Грустно улыбнувшись, она взяла в руки одно из них и повертела, разглядывая. Цепочки тихо зазвенели. Все не изменяет своему любимому стилю панк-рок, подумалось девушке. Она положила браслет на место и хотела взять в руки другой, как взгляд упал на фенечку из бисера. Все внутри перевернулось. Это же подарок от Кристины! Они с Араиком обменялись фенечками дружбы! Сама не понимая, что делает, Тюльпанова схватила ее и…порвала… Бисеринки разлетелись, как слезинки. Девушку это однако ж не тронуло, и она начала яростно разрывать украшение дальше, приговаривая: «поганая эккеноска!»

- Дуня?! – внезапно раздался испуганно-удивленный голос хозяина милого, скромного украшения, вернее, уже бывшего украшения. - Что это ты делаешь?! Зачем?!

    Тюльпанова обернулась в страхе, но потом, кинув под ноги юноши то, что осталось от фенечки, зашагала прочь, за ее спиной послышались всхлипывания бедного Араика. Он упал на колени, схватил то, что осталось от его украшения, которое было ему так дорого.

    А Дуня, с тяжелым сердцем, уходила прочь. Когда она уже почти дошла до лестницы, из-за спины раздалось ее имя. Голос бывшего Березкина. Сердитый и возмущенный. Но она, конечно же, не отзывалась, не потому, что стало стыдно, что порвала чужую вещь, а потому что сердце ела обида – он бережет подарок от этой поганой возвращенки.

- Дуня! Я с тобой говорю! – он выбежал за ней к лестнице.

    Пришлось ей обернуться: кажется, от ответа уже не уйдешь.

- Послушай, что тебе от меня надо?! Ты чего ко мне прицепилась?! У тебя цель жизни – истрепать мне нервы?! Зачем ты мне гадишь?! Отцепись от меня наконец-то!

- Они тебя усыновили, а меня нет!  Почему?! Почему эта Стеша тут без конца ошивается?!

- Что?! – он отшатнулся от неожиданного признания.  - Ты хотела быть их дочерью?! Но знаешь…! Ты, конечно, ни за что не поверишь, - с сарказмом, с издевкой сказал Араик, - но мне плевать, что ты думаешь! Отстань от меня наконец-то! Что я тебе плохого сделал?! За что ты меня так ненавидишь?! Зачем ты мой браслет испортила?!

- Не смей на меня орать! – Дуня схватила его за плечи и затрясла.

    На глаза его выступили слезы, и он попытался вырваться, как вдруг она, сама не отдавая себе отчета, впилась поцелуем в его губы.



Maria Shmatchenko

Отредактировано: 13.08.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться