Любовь и лёд

Размер шрифта: - +

5.4

 

♕♕♕

Бывшая фрейлина выглядела так же, как всегда. Может, чуть бледнее, даже веснушки почти исчезли. И еще ее сочные губки, которые Марцела украдкой покусывала для яркости, казались припорошенными белой пудрой. А в остальном — такая же. Взгляд спокойно-ледяной, без малейшего раскаяния, улыбка на грани дерзкой. Одежда с плеча северных женщин, но это и не удивительно: сундук бывшей фрейлины так и стоял в общей спальне.

Если это Марцела. Если она, то и бледность, и равнодушие можно списать на последствия поспешного отъезда, принудительного возвращения и усталости.

Если это оживленная чудесной магией кукла, снегурочка, наподобие снежных баб, которых лепят зимой дети, то она воистину совершенна, а ее создатель — почти бог. Почти, потому что, стоило беглянке открыть рот, как несоответствие стало разительным.

Снегурочка то пищала, то вещала басом, и самое печальное — не знала этикет. Она сделала реверанс, как полагается, но выпрямилась без дозволения. Она обратилась к принцессе, опустив титул, как к простолюдинке.

— Приветствую, Виолетта.

Принцесса не ответила, лишь поморщилась, когда басовитый голос куклы дал петуха. С минуту она в полной тишине рассматривала гостью.

Та стояла, словно чурбан, не проявляя никаких признаков нетерпения. Настоящая Марцела давно бы покраснела под насмешливым взглядом Летты либо от стыда, либо от негодования. А эта… кукла и есть. Даже грудь не вздымается от дыхания.

— Кто ты? — спросила Летта после долгой паузы.

— Марцела. Ваша фрейлина. Бывшая. Я Марцела.

— И чем ты это докажешь?

Тишина. Пустой взгляд бледно-голубых глаз. И снова, размеренно, монотонно:

— Я Марцела. Ваша фрейлина. Бывшая.

Сердце Летты даже биться стало реже, словно оцепенело от сдавившего его ужаса.

— Замолчи! — не выдержала Летта. — Где настоящая Марцела? Где та, чье лицо ты украла? Где она?

Яррен, стоявший за плечом снегурочки, шагнул вперед, чтобы перехватить, если та кинется на принцессу. Но кукла молчала, изредка моргая и тупо глядя перед собой.

— Кто тебя послал сюда, Марцела? — спросил горец.

Снегурочка рывком, как птица, повернула к нему голову.

— Мой господин. Мой император.

— Что он велел тебе сделать?

Это был рискованный вопрос, но Яррен успел обменяться красноречивыми взглядами и с Кандаром, замершим по другую сторону, и с леди Исабель, тоже магичкой, и был готов к любым сюрпризам. Их не случилось.

— Мой император велел мне просить прощения у принцессы Виолетты и служить ей. Выполнять любой ее приказ.

— Приказываю тебе вернуться к тому, кто тебя послал ко мне, Марцела, — сказала Летта. — И передай моему жениху: если это очередная шутка, то я не способна ее оценить. Если это очередное испытание, то я не понимаю его цели. Ступай прочь.

 

 

Стоило снежной кукле уйти в сопровождении Кандара, Летта приказала фрейлинам придвинуть к ней жаровню поближе. Еще ближе. Почти вплотную.

— Он хочет запугать меня и сломать! — прошептала она. — Зачем? Почему он так торопится?

Фрейлины, переглянувшись, потупили глаза. А трусишка эйхо жалобно заскулила, но из-под одеяла не вылезла. Значило ли это, что испытание не закончено?

Принцессу трясло от страха, отвращения и холода, этого вечного холода. Теперь по ночам ей будут сниться мертвые ледяные глаза снегурочки-Марцелы.

В чем бы ни заключался урок императора, Летта сделала главный вывод, наполнивший ее сердце смертным ужасом: если трехсотлетний Алэр достиг таких высот в магии, что способен создать двойников, то что ему помешает запереть ее в ледяном погребе и насиловать, пока не родит, а подданным и послам демонстрировать похожую на нее счастливую и беззаботную куклу, которая безропотно выйдет за него хоть завтра?

Так не лучше ли прервать траур и самой выйти замуж, как полагается принцессе ее рода?

Но и тогда что помешает императору заменить ее на куклу? Ничего и никто!

— Леди, оставьте нас с лордом Ярреном.

— Но госпожа! — вскинулась камер-фрейлина.

— Лорд принес мне клятву, леди Исабель. Нерушимую магическую клятву. Вы забыли? — сейчас принцесса как никогда походила на своего отца, неистового рыжего быка Роберта — так причудливо отразились в ее глазах огненные огоньки от жаровни и таким непреклонно-стальным стал ее взгляд. Никто бы не заподозрил, что гардарундская роза готова завыть от ужаса и безнадежности.

Как только их оставили наедине, Летта уже не сдерживалась. Выплеснула и свой страх, и свои жуткие подозрения.

— Что же делать, лорд Яррен? Что мне делать? Какова его цель?

— О целях императора не знает никто. Иногда мне кажется, даже он сам не всегда о них знает. Пока не поздно, нужно бежать, ваше высочество, — Яррен попытался воззвать к разуму испуганной девушки.

— Мой долг…

— Бросьте. Это лишь высокие слова. Ваш долг — остаться живой и здоровой, выйти замуж за достойного и родить наследника. Уверен: все Белогорье поднимется на вашу защиту и защиту Гардарунта. Сейчас, после отступления Темной страны и возвращения огненного сердца нашей магии, горы вновь стали сильными. Еще не так, как при Белой королеве, но уж какого-то императоришку на место поставят. Все ваши страхи останутся позади, стоит лишь положить вот это кольцо в огонь.

Яррен снял с пальца перстень с огненным рубином и поднял его над жаровней. Камень вспыхнул алой звездой.

Летта не успела ничего ответить: их прервал громкий стук.

— Его многоликость, император Севера Алэр, желает видеть свою невесту, — донесся голос Кандара.



Ирмата Арьяр

Отредактировано: 20.01.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться