Моя манящая темнота

Размер шрифта: - +

Глава 33. Марсель

 

Марсель стоял в кабинете Великого ксена и с тоской смотрел в окно на сгущающиеся сумерки. Где-то там, в наступающей вечерней прохладе, его ждёт лучшая в мире девушка, а он стоит здесь на вытяжку, как на плацу, и ждёт, пока этот задумчивый визор решит, что с ним делать.

А визор и правда выглядел подозрительно озабоченным. Он уже задал Марселю все свои вопросы, скорее для протокола, чем ему действительно хотелось знать, где Марсель познакомился с Крис, где он был такого-то числа и такого-то и может ли подтвердить, что вечер убийства он провёл с Кристианой Луц.

Кристиана! Звучало-то как! Нет, Марсель не мог подтвердить, была ли в тот день Крис на дежурстве или провела вечер с Верленом у игровой приставки. Да, это было недавно, но их совместная жизнь была так предсказуема и монотонна, что все дни были похожи один на другой и Марс, и хотел бы, но не мог вспомнить, что было именно в тот вечер. А визор особенно и не настаивал.

Он смотрел на Марса каким-то новым, пытливым взглядом всё время пока разговаривал и, как и сказал Цезарь, создавал впечатление человека, который больше заинтересован в самом Марселе, а не в его ответах на вопросы.

Сейчас же он впал в прострацию, вертя в руках карандаш.

— Я могу идти? — Марсель устал ждать пока начальник Общего Департамента Безопасности выйдет из ступора.

Мужчина поднял на него взгляд. Он явно не решил, что с ним делать.

 — Мы может задержать вас без объяснения причин на сорок восемь часов, — вздохнул он, словно ему жаль. — А потом ещё на сорок восемь, если найдём причину. Любую, самую незатейливую.

— Ксен, может, я просто приду, когда действительно буду вам нужен? Без конвоя, без принуждения. Один звонок — и я вернусь.

Глупо, конечно, было рассчитывать на его человечность, но что-то было в нём такое, какая-то скорбь, когда он смотрел на Марса, что тот решил, что может рассчитывать на сочувствие.

 — Боюсь, что в моих интересах именно подержать тебя какое-то время взаперти. Пока не решу, что с тобой делать, — сложил ксен руки кончиками пальцев друг к другу и упёрся в них носом. — Боюсь, что это и в твоих интересах тоже. Хотя я искренне верю, что вы поступите именно так как обещаете, Марсель Савар.

— Это из-за бумаги?

— И да, и нет, — сцепил пальцы в замок визор. Если бы не перчатки, Марс наверняка бы увидел, как побелели костяшки. — Ты сам-то что решил? Кем хочешь стать? Визором или веймером?

— Веймером, — ответил Марс не задумываясь.

— Чем же визоры тебе не угодили? — хмыкнул ксен и откинулся на спинку стула.

— Ничем. Но моя девушка — вейма. Я не хочу обрекать её на страдания только потому, что где-то там когда-то накосячили боги. Раз есть возможность стать веймером, я умру, но стану.

— Вот в этом ты прав — умереть действительно придётся. Но рождён ты был визором. Ты знаешь об этом?

— Вы уверены? — повернул голову Марс, словно прицеливаясь в ксена одним глазом.

— Абсолютно.

— Но в храме мне сказали…

— Я не буду спорить с торонами, — перебил его Эдриан. — Не потому, что им виднее, а потому, что их орден, как и любая другая организация, преследует свои цели. И их истинные мотивы мне неизвестны, чтобы судить. Но в том, что все формулировки их обетов обтекаемы и можно повернуть их так, как выгодно в настоящий момент, известно всем. Не время судить о теологии. Просто я хочу, чтобы ты знал, что ты — визор. Подумай об этом в камере. Тебе не придётся умирать, чтобы им стать. Если вейма, что поставила на тебя этот щит, его снимет, то ты впитаешь свою магию буквально из воздуха. Даже если твой отец мёртв.

Визор опустил глаза и потянулся к телефону внутренней связи.

— А если он жив? — Марс следил, как поднимает трубку и нажимает кнопку быстрого набора ксен.

— Он отдаст тебе то, что должен был отдать при твоём рождении.

— И я буду знать, кто мой отец?

— Забирайте, — сказал Эдриан в трубку, положил её на рычаг, а потом только посмотрел на Марселя. — Я и так могу тебе это сказать. Я. Твой отец — я.

Если бы Марселя попросили сказать, что он почувствовал в тот момент, когда узнал, что его отец — Великий ксен, он не смог бы ответить. Потому что он не почувствовал ничего, что заслуживало бы внимания. Это простое сообщение пробивалось в сознание Марса словно через толстый слой ваты и никак не могло пробиться. Он уже вышел в коридор, сопровождаемый начальником службы безопасности, и только потом запоздало догадался оглянуться. Чтобы по-новому взглянуть на Великого ксена. Чтобы всмотреться в его лицо, заглянуть в глаза, сравнить форму носа, линии скул, размер ушей — что там ещё можно было сравнить? Но дверь уже закрылась. И Марс ощутил сожаление, что до этого не особо всматривался в его лицо. И кроме этого ничего больше и не испытал. Разве что ему стали понятны причины, по которым ксен сам рассматривал его с таким пристрастием. И всё.



Елена Лабрус

Отредактировано: 08.10.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться