Нюта

Размер шрифта: - +

Пролог, 1-5 главы

Пролог.

Я точно помню, что это была суббота. До того душная, что ткань моей хлопковой майки взмокла в области лопаток и неприятно липла к разморенному телу. Длинные волосы, собранные в пучок, заметно потяжелели от влаги, и мне постоянно приходилось поправлять шпильки, уже не выдерживающие веса густой шевелюры и постоянно норовившие выпасть из небрежной прически. Забросив ногу на ногу, я уставилась в небо, покусывая шариковую ручку, и без интереса следила за неподвижными облаками: перистыми, словно хаотично разбросанными чьей-то небрежной рукой по голубому полотну. Шелест страниц, голоса в отдалении и изредка раздающиеся птичьи крики — подходящая атмосфера для романтического пикника. Даже сейчас, спустя три долгих года, я помню каждую эмоцию, каждую мысль, рожденную в моей утомленной за день голове, едва я взглянула на сидящую рядом фигуру. Мне было спокойно. Так бывало всегда, когда спрятанные от чужих глаз, мы наслаждались совместным отдыхом. Антон то и дело поправлял пальцем спадающие с носа очки и, не отрываясь от чтения, подносил к губам лимонад. Наверное, такой увлеченной, как этот двадцатилетний парнишка я бывала лишь в те минуты, когда брала в руки карандаш: рисовала цветы серым грифелем на корочке тетради, пропуская мимо ушей лекционный материал, из-за чего так часто не спала ночами перед сессиями. Теперь я уже не рисую...

— Тош, — коснулась его плеча, стараясь обратить на себя внимание, но так и не дождавшись реакции, поднялась с разложенного на земле покрывала и, встав на колени перед замершим с книгой студентом, бесцеремонно отобрала бутылку с газировкой. — Я устала. Дышать же нечем, сколько можно сидеть?

— Еще две главы, — даже не подняв головы, он продолжил бегать глазами по тексту. Про таких говорят «ботаник», а я называла его страсть к точным наукам одержимостью.

— Нельзя дочитать в общежитии?

— Нюта, — он тяжело вздохнул и захлопнул увесистый том, продолжая придерживать пальцами нужную страницу. Посмотрел на меня сквозь кристально чистые линзы своих окуляров и виновато улыбнулся. — Я опять ушел в себя?

— Еще не поздно спасти положение, — попыталась его ободрить, прекрасно зная, что этот потухший взгляд — верный признак раскаяния. — Поехали. Иначе минут через тридцать я окончательно расплавлюсь.

Я всегда знала, что он создан специально для меня. Не сомневалась ни на минуту, с благодарностью принимая каждое мгновение, что мы проводили вместе. Как думаете, существует ли где-то над нашими головами небесная канцелярия, еще до нашего появления на свет подбирающая нам половинки? Тогда я думала да. Верила, что сама судьба послала этого высокого парня в мою школу, усадила со мной за одну парту, а, спустя полтора года, толкнула в его робкие объятия.

— Ладно, — он мне вяло улыбнулся и, с тоской взглянув на книгу в своих ладонях, отправил ее в рюкзак, не забыв собрать раскрытые конспекты.

— Руку? — протянула свою, и одарила его улыбкой, когда Антон обхватил мои пальцы своими. — Я больше никогда не соглашусь пойти с тобой на пикник.

— Это еще почему?

— Я явно была здесь лишней. В поединке с законом Ома я всегда проигрываю.

— Глупости, — он тепло улыбнулся и попытался сдуть отросшую челку. — В следующий раз я постараюсь не увлекаться.

— Неправильная формулировка, — задорно погрозила ему пальцем и поправила съехавшую лямку рюкзака. — В следующий раз только ты и я. И никаких Ньютонов, Эйнштейнов и Фарадеев.

Мы медленно брели по узкой тропинке, минуя заросли иван-чая, оставили позади кущи осоки и облегченно переглянулись, почувствовав под ногами брусчатку. В начале сентября набережная пользовалась особой популярностью, и вновь оказаться среди шумной толпы после нескольких часов проведенных в уединении было даже приятно. Я все же и по сей день люблю природу, люблю ощущать себя ее частью, но слишком быстро устаю от размеренного молчаливого отдыха.

— Я говорила тебе, что Настя надумала съехать? — на мгновение сбилась с шага и с досадой взглянула в серые глаза, всегда без проблем угадывающие мое душевное состояние. Вот и тогда парень стал поглаживать большим пальцем мою ладонь и с сочувствием скользнул взором по моему лицу.

— Зато ты станешь полноправной хозяйкой комнаты. Сможешь занять все ее полки и перестанешь жаловаться, что она подолгу болтает перед сном, мешая тебе заснуть. И мы будем чаще оставаться наедине, — слегка покраснев, попытался меня поддержать Антон. — Вы все равно сможете часто видеться.

— Знаю, но все равно буду по ней скучать. Не представляю, как стану одна готовить обед или корпеть над курсовым без ее болтовни.

— Значит, они решили жить вместе? — спросил и поднял голову к небу.

— Да. Миша снимал квартиру с другом, но его отчислили. Так что теперь ничто не мешает ей переехать, — наверное, это некрасиво с моей стороны, но какая-то эгоистичная частичка меня в тот момент продолжала надеяться, что подруга передумает и все же не станет собирать свои вещи, тем самым разбивая мое хрупкое сердце. Наверное, только глупая ревность, которую я испытывала по отношению к Мухиной, не желая ни с кем делить ее общество, мешала принять очевидное — спустя полтора года отношений все-таки правильно пожелать встречать утро в обнимку.

— Нютка, — он расцепил наши пальцы и, закинув руку на мои плечи, привлек к себе, бегло поцеловав в висок. — Не кисни. И, вообще, я бы мог перебраться к тебе.

— На женский этаж? Нет, Тош. Ангелина Сергеевна три шкуры спустит, если увидит тебя, выходящим из моей комнаты, — вспомнив, с каким упорством комендант отстаивает свои благочестивые взгляды на жизнь, я недовольно поморщилась.



Евгения Стасина

Отредактировано: 06.08.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться