Один дракон — три парня [дилогия]

Глава 13 Яйцо

Удивляться тому, что яйца разговаривают в мире драконов, магии и истинных пар, наверно, глупо. А что если они говорят голосом человека, от которого ты мечтаешь одновременно спастись и потонуть в объятьях?

— Гарен?

— Отчасти. Положи их рядом. Айнзам ещё жив, не всё потеряно.

Не стала задавать лишних вопросов. Отлично помнила, как тяжело воспринимала троица парней разлуку в Иравии. Лучше им стало, лишь когда снова оказались рядом. Однако на словах всё звучало гораздо проще. Положить рядом... Ярость сошла, и я опять стала обычной девушкой без драконьей сверхсилы.

— Поторопись, Регина, — наставляло яйцо.

Потянула Драя за плечи. Бесполезно. Слишком тяжёлый.

— Не могу.

— Время уходит, думай лучше!

А вот сейчас захотелось спустить говорящее яйцо с лестницы. Сама знала, что медлить нельзя, только как ни старалась не могла сдвинуть ни одного из братьев хотя бы на миллиметр. В отчаянии посмотрела на обезглавленное тело воителя.

— Эй! Благородный воин, не поможешь? — спросила мёртвого слугу, не сдерживая в голосе истерические нотки. У него не то что ушей нету, а целой голову. Разговариваю с трупом и яйцом, отлично! Безумие всё ближе и ближе.

Рыцарь, однако, услышал мой зов, упёрся руками в пол и неуклюже встал, а затем так же нелепо начал подниматься по ступенькам, осторожно нащупывая каждую мыском сапога. Жутко смотреть, как на тебя надвигается безголовый оживший мертвец, даже зная, что он послушен твоей воле. Слуга грубо схватил Драя за ногу и бесцеремонно потащил по полу к остальным братьям. Он свалил их в кучу и зачем-то повернулся ко мне, словно ожидая благодарности.

— Спасибо, — нервно пробормотала рыцарю, и он вновь лёг на пол и раскинул руки.

— Что дальше, Гарен?

— Жди, надеюсь, они быстро очнутся. У вас мало времени, иначе он вернётся, — мрачно изрекло яйцо.

— Кто вернётся? — испуганно покосилась на голема. Понятия не имею, как мы смогли справиться с этим созданием. Но второй раз точно не получится.

— Тот другой я... — извиняющимся тоном ответил голос из-под скорлупы.

— Погоди-погоди, — хотелось закричать. И этот тоже? В этом мире мода такая создавать кучу своих воплощений? — Это как Айнзам?

— И да, и нет, — продолжала яйцо, а дракон, услышав своё имя, беспокойно заворочался. Хорошо, значит, пришёл в себя. Скоро убежим из этого мрачного места. Правда куда? Опять в башню? Или рискнём покинут арену?

— Поясни, — устало попросила ненавистный и приятный голос.

— Айнзам родился таким. Каждое его воплощение — это отдельная личность, но единая душа. Каждый из трёх юношей обладает стандартным набором понятий: доброта, дружба, преданность. Все они способны любить, сопереживать и страдать. Он полноценный, хоть всячески это отрицает.

— А ты?

— Со мной всё иначе. Я был Гареном давно, много лет назад. Но когда произошла трагедия... — яйцо на миг замолчало. — Не смог справиться с чувствами. Часть меня желала крови и отмщения, другой это было не нужно. Она просто мечтала умереть. Однако такой исход не устраивал вторую сущность. Желания тёмного Гарена оказались сильнее, и я малодушно сдал позиции. Но откуда было знать, что он будет использовать меня в своих жестоких целях.

— Хочешь сказать, что к смерти Зура не имеешь отношения? — едко спросила второго Гарена.

— Рад бы отрицать свою причастность. Но к сожалению, именно я виноват во всём что случилось. Не остановил самого себя, и не стал бороться с собственными жестокими желаниями. Смерть Зура и многих других результат моего страха и отчаяния, — призналось яйцо.

— А я? Тоже часть жуткого плана. Какая у меня роль в этой истории?

— Главная, Регина, — вмешался Айнзам. Все трое были бледны и подавлены.

— Айнзам, ты уже принял решение?

— Почему до сих пор не уничтожила сердце? — Драй проигнорировал вопрос Гарена и зло посмотрел на меня.

— Оно живое, я не смогла, — сильнее прижала к себе яйцо, глядя в свирепые глаза дракона.

— Вот как? — на его лице внезапно появилась пугающая отрешённость. — Хоть представляешь, что он за чудовище и что собирается сделать с тобой?

— А ты сам разве не хочешь помочь, Единый? — доносилось из-под скорлупы.

— Заткнись, — рявкнул юноша. — Я сам его убью. Давай сюда яйцо!

— Нет, Айнзам, нельзя его убивать. Вдруг Гарен этого и добивается. Уничтожим единственное, что делает его человеком, и тогда точно не сможем остановить. Пока у нас есть крупица его человечности, мы сильнее.

— Ты любишь его? — выдохнул Драй. Я боялась этого вопроса. Сложно ответить так, чтобы он понял. Я запуталась и потерялась. За несколько дней вся жизнь закружилась бешеным хороводом: довелось увидеть и смерть и страдания. Не говоря уже о принятии новой себя.



Дарья Сорокина

Отредактировано: 09.01.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться