Пара для саламандра. Академия драконьего пламени

Глава 2.

- Очешуеть, - это единственное, что вырвалось.

Я почти представила, как меня обвиняют в покушении на убийство, а то и в самом убийстве. Как смогу объяснить, зачем сюда пошла? Почему  отправилась гулять едва не ночью?

Забыв о предосторожностях, упала на колени рядом с мужчиной. Так, на курсах оказания первой помощи кое-чему нас учили. Пульс. Есть. И не слабый - наоборот, совершенно бешено зашкаливающий.

На первый взгляд - никаких повреждений. Несколько царапин от кустов. Может, на него напали магией? Я ничего не смыслю в физиологии ящеров!

Склонилась ниже. Лицо мужчины было почти серым, покрытым бисеринками пота. Губы приоткрыты - и наружу выглядывает весьма впечатляющий частокол острых зубов. Моя ж ты пираньюшка.

Что дальше? Одежда не порвана. Двигать его я откровенно опасалась. Неужели всё-таки придётся бежать за помощью? Нельзя же бросать человека вот так!

Я уже почти решилась, когда с бездыханным телом начало твориться что-то странное. Его волосы начали… гореть. В прямом смысле слова! Длинные серебристо-голубые пряди наливались золотым светом, по ним пробегали отблески пламени, по скулам бежала золотистая чешуя, а на руках отчетливо проступали когти. На миг я замерла, завороженная открывшимся зрелищем, но быстро отвесила себе мысленную пощечину.

Пусть краэнг и был мне неприятен, но смотреть, как мучается живое существо…

Я замерла. Склонилась перед ним, вслушиваясь в стук чужого сердца. Вглядываясь в искажённое лицо.  Сейчас, без гримасы  брезгливости, он… притягивал. Что греха таить - краэнг был очень красивым мужчиной. Про такого говорят - порода. Поколения отбора. Я наклонилась ещё ниже, смотря, как бегают  глаза под закрытыми веками.

Рука потянулась сама собой, очерчивая острую скулу и черты чуть вытянутого лица.

-           Ай! Вот ты…

Руку пощекотало что-то знакомое. Хвост. Гладкий хвост, украшенный серебристым пушком и наглая кисточка, которая сейчас щекотала руку.

-           Ты гораздо приветливее хозяина, - пробормотала, пытаясь осторожно подняться.

Умирать краэнг не умирает, но помощь всё равно позвать нужно. Мало ли что. Похоже, у него какие-то проблемы с оборотом.

-           Ну всё, хватит, отпусти! - заметила строже. чувствуя, как суматошно забилось собственное сердце.

Над головой кто-то громко заухал.  Стало откровенно неуютно.  Не научили тебя просмотренные в  детстве в компании подруг ужастики, что по ночам надо дома сидеть, Надя! То есть… Найана.

Я уже резче дернула руку, пытаясь сбросить приставучий хвост, но вместо этого пошатнулась. Нога наступила на камень - и я полетела вниз. Прямо на лежащего без движения краэнга.

Не успела ни пикнуть, ни руками замахать - посадка была быстрой. И мягкой. Нос уткнулся в шею мужчины. От него не пахло ни потом, ни болезнью, хотя тело стало обжигающе горячим. Скорее… словно костром потянуло.

- Вот же, - шептала, пытаясь сползти на землю.

Страшнее картины не придумаешь. Ночь. Дворцовый парк. Тело непонятно чем больного брата местного правителя. И одна сердобольная дура. Которая снова вляпалась.

С трудом приподнялась, собираясь поспешно вскочить - и застыла.

Прямо на меня смотрели пылающие золотым огнём глаза краэнга Аргата.

-           Милорд?  Простите, я не хотела, - голос дрогнул.

Отчаянно хотелось быстро отмотать плёнку этого сериала назад. Более двусмысленной позы трудно придумать.

Вот только… в ответ не донеслось ни слова. Зато ноздри мужчины хищно раздулись. Он… принюхивался?

-           Милорд, простите, но если вам лучше…

Меня не слушали.

Когтистая рука с силой опрокинула назад, на не такое уж и мягкое тело, выбивая дух. Меня не слышали. Не понимали. И в глазах мужчины не было ничего человеческого - это были глаза зверя. Сожрёт? Понадкусывает?

Острые клыки были пугающе близко. Я застыла, боясь даже  дышать. Словно вылепленное в камне, лицо мужчины казалось застывшим. Его золотое пламя не обжигало, странным образом согревая.

Меня точно убьют. Но почему-то в этот момент всё  это совершенно не волновало.

Длинные когтистые пальцы ухватили голову, фиксируя. Совсем близко. Растрепали волосы - окончательно и бесповоротно.

А потом показался язык - длинный, чуть раздвоенный. И он… облизал мне лицо.

Уклониться от почетного ящерооблизывания было невозможно!

Я смирилась. Затаилась, пережидая. Пациент, кажется, не буйный. Больно не делает. Не отпускает, конечно, и слушать не желает, но у каждого свои недостатки.

Зато он тёплый.

Маленькая ехидная змейка в моей душе шипела, что такой гад обязан быть хладнокровным, но… возможно, во второй ипостаси?



Мария Вельская

Отредактировано: 12.11.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться