Переспать на удачу

глава 13

Алексей Беспольский пришел к ней в Университет и просит уделить ему немного времени для беседы. Майя Михайловна с минуту переваривала эту информацию. Потом передала, что встретится с ним в обеденный перерыв, до которого оставалось полчаса. Если хочет ее видеть, пусть подождет. Хочет, подождет в вестибюле. Ну что ж.

Честно говоря, после приезда Владьки Марченкова, она уже ничему не удивлялась. О чем Алик будет с ней говорить? Какая разница. Он был ей безразличен, и она давно уже его простила.

А вот вид Беспольского ее удивил, даже вызвал скрытую усмешку. Нет, вы подумайте, у него пузо! И лысина уже светит, очки, нос вроде как вырос... Алька, Алька, постарел...

Она поздоровалась с ним вежливо и доброжелательно. А вот Беспольский заметно нервничал. Оглядел ее цепким взглядом при встрече, словно вобрал в себя всю и выдавил:

- Здравствуй, Майя, а ты почти не изменилась.

- Здравствуй Беспольский, ну ты... - она обвела жестом его фигуру и улыбнулась.

- Уделишь мне немного времени? - его голос был немного напряжен.

- Да, конечно. Пойдем, посидим в кафе, пообедаем за раз.

Пока шли, молчали. Он был натянут внутри как струна, а Майя просто ждала.

Не заговаривали и первые несколько минут, после того, как сели за столик, сделав заказ. Майя не выдержала и спросила первой:

- Алик, ты хотел поговорить...

Он дернулся, покраснел и пробормотал:

- Прости... Да... Хотел...

- Я слушаю тебя.

- Майя... Это трудно, мне трудно...

Она скрестила руки и спокойно ждала.

- Я... Я виноват перед тобой. Нет... Не только перед тобой... Перед Владиком я тоже виноват... Простишь ли ты меня...

- Не ожидала, конечно, что мы еще когда-нибудь встретимся, но Алик... Посмотри на меня, Алик. Я давно тебя простила.

Он поднял на нее глаза, в которых светилось и страшное облегчение, и вина, и сожаление, и слезы.

- Майя...

- Тогда, помнишь...

- Я помню... Ты знаешь... Я так жалел об этом.  Всю свою жизнь. С самого первого дня. Майка...

- Знаешь, сначала я очень злилась на тебя. Обидно было до слез. А потом... То, что я делала и чего не делала... это ведь я делала сама. Никто меня не заставлял. Мои ошибки. Глупо кого-то виноватого искать, - она отпила сок, пожала плечами, - Как-то так.

Беспольский слушал, сцепив пальцы в замок у самого рта, молчал, принимая ее позицию, в которой не было места слабости, не было желания перенести ответственность на кого-то другого. Так ведут себя только очень сильные люди. И он готов был преклониться перед благородством этой женщины. Рядом с ней он просто никто. Тяжело вздохнул:

- Я столько думал... Я был такой дурак, Майка. Не соображал, что делаю, зачем... Зачем? - он потер лоб и закрыл глаза ладонью, - Я ведь любил тебя тогда, Майка. Я любил тебя Маечка...

Майя посмотрела на мужчину с легким презрительным недоверием и фыркнула:

- О чем ты говоришь, Алик? У тебя что там, в Америке крыша поехала? Любил он меня... Глупости.

А он робко взял ее руку, Майя хотела отнять, но Беспольский попросил:

- Не надо, Маечка, не сердись на меня. Я так наказал сам себя, что хуже не придумаешь. А мне еще с Владькой объясняться. Рассказывать ему, как я... Как я... Майка, как ты думаешь, он меня простит? А, Майя...

Она все-таки отняла руку. Не желая отвечать на его вопрос, спросила сама:

- Расскажи лучше, как вы там жили эти годы.

Алик Беспольский вздохнул и рассказал ей всю историю их с Владькой проживания в Штатах. Старался рассказывать коротко, не вдаваясь в подробности и не отвлекаться эмоциями. Она несколько раз переспрашивала его про Влада, удивилась, что тот был трижды женат, и все три раза неудачно, что детей у него нет. А Алик пока рассказывал, сам еще больше расстроился. Показалась ему его жизнь грустной и беспросветной, под конец пожаловался:

- Никто не любит меня, Майка, никто...

- Не говори ерунды. У тебя семья, жена, дочка.

- Эх...

- Беспольский, успокойся, все хорошо. Давай поедим уже, а то перерыв заканчивается.

- А... Да...

Доели молча. Расплатилась за себя Майя сама, хоть он и порывался, но незачем. Уже когда встали уходить, Алик робко прикоснулся к ее руке и спросил:

- Скажи... А я тебе нравился... Хоть чуть-чуть...?

На этот раз Майя уже не сдержала смеха:

- Точно у вас в Америках крыша поехала!

А он смотрел, со странной надеждой ожидая ее ответ.

- Чуть-чуть нравился, - она усмехнулась, - чуть-чуть.

Майя сама удивилась, какое счастье и просветление отразилось на его лице, он успокоился и сказал:

- Теперь я смогу сказать Владьке. Про все.



Екатерина Кариди

Отредактировано: 03.05.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться