Твои краски. Искусство требует жертв.

Размер шрифта: - +

20 глава

— До завтра, Джессика, — глаза миссис Руис, красные от слез и от усталости, говорили о том, что ей нужно срочно поспать. — Было приятно с вами познакомиться.

— Мне тоже, миссис и мистер Руис, — я смотрю на родителей Джеймса и чувствую, что неимоверно устала за это тяжелое утро.

— До встречи, Джессика, — отец Джеймса слегка улыбается и откатывает коляску жены. — Хорошо вам отдохнуть.

— Спасибо, вам тоже.

Они уходят от палаты и скрываются за поворотом по коридору. Я опускаю ручку двери и захожу в комнату.

Возле окна, спиной ко мне, стоит Бонни. Я тихо закрываю за собой дверь и не знаю с чего начать разговор. Она только что потеряла своего молодого человека и слова вроде «мне очень жаль» сейчас будут совершенно ни к чему.

— Бон, — я иду до кровати и сажусь на нее.

— Не надо, Джесси, — она поворачивает лицо ко мне и слегка улыбается.

Следы от слез на лице еще не прошли. Сестра держит себя в руках, давая понять что с ней все хорошо. Но по глазам видно, что чувства сжигают ее изнутри.

— Я нормально, — Бонни садится рядом. — Я справлюсь.

Я беру за руку свою младшую сестру и удивляюсь, как за такой короткий промежуток времени она стала такой взрослой.

— Иди сюда, — крепко обнимаю ее и слышу тихие всхлипы.

— Я нормально, правда, — она говорит сквозь слезы, гладя меня по спине.

— Я знаю, — обнимаю свою беззащитную девочку, и хочется укрыть ее от этого ужаса.

— Мама звонила, — говорит Бонни, и я отстраняюсь. — По новостями передали о перестрелке в центре Гетти и она увидела.

Последний человек, которого я хотела впутывать в свои неурядицы — это мама.

— Хочет прилететь, но она не знает получится или нет, из-за завала на работе.

— Ничего не говорила ей? — спрашиваю я и представляю обеспокоенное мамино лицо.

— Нет, сказала, что с нами все в порядке, а всю оставшуюся информацию она узнала из новостей.

Я откидываюсь на подушки и чувствую, как из меня выходят силы. Слишком долгое утро, за которое многое произошло. Поворачиваю голову и смотрю на цветы на прикроватной тумбочке.

— Спасибо за цветы и фрукты, Бон. — Я улыбаюсь сестре.

— Это родители Джеймса принесли тебе. — Отвечает она и встает с кровати. — Поспи, Джесси.

— А где ты будешь? — забираюсь под тонкое одеяло и сон резко наваливается на меня.

— Здесь, — она гладит меня по волосам и улыбается. — Я буду здесь.

Я отвечаю улыбкой сестре и закрываю глаза. Мгновенно засыпаю, провалившись в пучину неразрешенных проблем.

 

— Нет, нет, нет…

Меня будят мои собственные слова сквозь сон.

Резко открываю глаза и пытаюсь отдышаться. Волосы были мокрые от пота, а бешеное сердцебиение не давало успокоиться.

Оглядываю палату, и постепенно до меня доходит осознание того, что это реальность и погибший Джеймс остался далеко в моем страшном сне. Его лицо было неподвижно. Приборы, фиксирующие работу сердца, показывали, что сердце остановилось. Убираю мокрые волосы с лица. Стираю страшную картину перед глазами и замечаю крепко спящую сестру.

Она свернулась клубочком, обняв себя за колени на небольшом кресле совсем рядом от моей кровати. Ее умиротворенным во сне лицом можно долго любоваться, и, тихо встав с кровати, накрываю ее своим одеялом. Легонько целую Бонни в лоб, и она, повернувшись немного, закутывается сильнее в одеяло.

Выхожу из палаты предельно тихо и медленно закрываю за собой дверь. Оглядываюсь по сторонам и замечаю, что я одна в коридоре. Приглушенный свет плохо освещал длинное помещение и, судя по темным окнам вдоль коридора, на улице была глубокая ночь.

Я уверенно иду прямо, в ту сторону, откуда мы возвращались с родителями Джеймса. Поворачиваю направо и иду по маршруту, который специально запомнила, чтобы вернуться к нему.

Зал ожидания №11. Реанимационная. Сектор А. Пока все верно.

Поворачиваю налево и тут же прячусь обратно за угол. По коридору навстречу мне идут не спеша три медсестры, которые весело разговаривают о чем-то о своем.

Я прилипла спиной к холодной стене и стою, не издавая не единого звука. Если они повернут в мою сторону, то сегодня мне не увидеть Джеймса, а каждая секунда на счету. Неизвестно, когда я потом смогу его увидеть. И увижу ли вообще?

Мгновенно перед глазами встает мой ужасный сон и, встряхнув головой, затаив дыхание, прислушиваюсь к отчетливым шагам девушек. Поворачиваю голову в коридор, откуда они должны выйти и молюсь, о возможности увидеть сегодня Джеймса. Кажется, что прошла вечность, когда медсестры вышли из длинного коридора и повернули в противоположную сторону от меня, все так же чему-то смеясь.

Не теряя ни секунды, поворачиваю в длинный белый коридор и чуть ли не бегу до его конца. Только бы успеть.



Irina Smychkova

Отредактировано: 28.03.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться