Узница Шанхая

Размер шрифта: - +

Глава 5

Ближе к пяти часам утра, хоть сборы и моральная подготовка и длилась до трех ночи, и сна у меня практически не было, я уже выглядывала из-за кустов сада в направлении выезда из владений особняка. Причем в полной боевой готовности: в черном, по негласному уставу, костюме, с перевязанной грудью, волосами, утрамбованными под шляпой и теми самыми очками, скрывающими пол лица.

Вот так живешь себе, стараешься, учишься краситься, делать эпиляции лица, да и всего тела, подбираешь хорошую одежду, а потом БАЦ! И сама себе усы накладываешь.

Проблема состояла только в одном — меня легко могли засечь по цвету глаз, так как линз, или хотя бы затемненных пафосных очков, достать я никак не могла, да и не знаю, изобретены ли они уже. А у азиатов, как известно, только темные глаза, если, конечно, они не метисы. Но и вероятность встретить метиса в этом году, должно быть, сводится к нулю или, в крайнем случае, к половине процента из ста. Так что я со своими голубыми глазами сразу же выдам себя. Это не Европа, где у людей всевозможные фенотипы. Там скрывать внешность не так нужно было бы.

План до зубодробильной банальности прост и, вытекая из этого, туп одновременно. Состоит в том, чтобы в принципе не поднимать взгляда на людей, а всеми силами избегать этого. На крайняк, можно все спихнуть на какую-нибудь болезнь глаз, в отдельных случаях, жутко заразную и несимпатичную. К сожалению, эти все воздушные замки в виде планов не надежные от слова совсем, но притвориться слепой и перевязывать глаза — еще хуже, так любой план пойдет черту под хвост за отсутствием возможности даже нормально ориентироваться. У меня третьего глаза на затылке нет.

Постепенно солнце начало робко восходить над безликими домами, открывая новый суматошный день безмятежного Шанхая простого рабочего. Инфраструктура просыпается: рынки, магазинчики, банки, школы, службы. Люди слезают с постелей, обувают тапочки, умываются, спешат на ненавистную работу. Схема стара, как мир. Мафия тоже расчехляется. Но она и не спала ночью – хомячила, наживалась. Все это существует вместе, уживается. Соприкасается. Взаимодействует. По крайней мере, никто никого не спрашивает, все ли всех устраивает.

Я за эти считанные минуты намеченной слежки по безлюдному воглому двору успела продрогнуть и расчихаться, обнимая себя руками, потирая предплечья и пританцовывая. В который раз проклинала Вэйя и всю его свору неприкаянных жуликов. А еще больше я уповала на себя и на несправедливый мир, судьбу, в частности. Заняться все равно пока было нечем.

Предположительно, как мне удалось невзначай вытрясти у ничего не подозревающего Фэна, который принес мне ужин вчера, люди Черного Лотоса не сами будут сидеть за рулем. Для этого есть нанятые на время водители, которые, хоть косвенно и не входят в клан, а стать его членом трудно, под печатью смерти хранят все секреты, что смогли выведать за время бандитской работы. А увольняются они, так сказать, посмертно, ну или просто неожиданно навсегда мистическим образом пропадают, бесследно. Никто потом даже водоемы не обыскивает. Да и нет такого, что эта робота оплачивалась настолько сильно, чтобы семьи потом горевали. Ведь наверняка у многих были жены, дети. Даже их обращения в службы правопорядка не сдвинули бы мертвую точку с гнилых душ.

Для меня единственная на данный момент задача — незаметно вырубить водителя машины с «товаром» и занять его место. Вот только, как это сделать? Звучит, как план ниндзя. Я не то, что не знаю, в каком транспорте все повезут, так даже ни сном, ни духом, как выглядят те три мужика, которым Вэй поручил дело. Я ведь подслушивала, но не подглядывала, рожи не запомнила. Хотя и хотелось. Но меня бы так точно в три секунды засекли. А так пока не вызываю подозрений, просто истеричная барышня с тараканами в голове размером с трехкомнатную квартиру.

За неимением бриллиантового варианта, заменила его плохим, и так сойдет, хоть что-то, а там и из этого что-нибудь получится. Просто деловито расхаживала по саду, зорко поглядывая на торец злостного особняка в намерении заметить всех бандюг, что в ближайшее время там появятся.

Ветер, так как не мог трепать несчастные ломкие волосы, давно не видавшие бальзама для волос, замурованные под шляпой, издевался над большими черными штанинами нижней части громоздкого несимпатичного костюма. А он и впрямь был мне не впору, если приглядеться, хоть Янлин и подбирала самый маленький из своего внушительного запаса.

Шляпу приходилось придерживать цепкими пальцами, натягивая как можно ниже. Сейчас я просто была схожа с неугомонным черным грибом, растущим в пышных кустах мафиозного особняка.

Солнце, хоть еще и не припекало до зуда, но уже, притягательно для глаза, восходило на просторный небосвод. Друзьями ему были только белесые облака, соединяющиеся с пронзительными тонкими лучами.

А я все больше нервничала, покусывая несчастную губу, раздраженная всем вокруг во главе с глупостью ситуации, что я сама и создала, не зная, как быть дальше. Да, всю ночь это обдумывала, взвешивала, но я не являюсь стратегом и планы у меня всегда получались так себе. Я больше по импровизации или отработке чего-то знакомого.

— Вы кто? — Послышалось сбоку, когда я уже, нервничая, что было заметно в моей походке, направилась к выходу из цветущей аллеи. Испуганно вздрогнула, подскочила, взмахивая руками, чуть не встала в боевую стойку.

Поначалу хотелось сорваться на челночный бег, и скрыться в неизвестном направлении дико махая руками, но это явно не то, что поможет и так провисающему плану. Нужно вести себя естественно, насколько сейчас позволяет накладное лицо.

— Вы из «черных»? — переспросил надоедливый мужчина за моей спиной пока я напряженно, не двигаясь, всматривалась в не очень-то экспозиционный куст округлой формы, лучше смотреть на него, чем на приставучего собеседника.

— Да, — брутально прокашлялась, прикрываясь кулачком, попыталась придать голосу максимальной мужественности, — ребят жду, у нас тут задание.

Черт бы тебя побрал, Аврора! Какие ребята? Это же мафия! Прямо-таки представляю себе как милый брутальный наркодиллер, раскрыв руки для объятий бежит по детской площадке навстречу другим, покрикивая: «- Ребята, как я рад вас видеть!». А в это время повсюду мелькают принцессы в голубых платьицах и летает волшебная пыльца, дарующая миру добро и позитив. Мир же такой, справедливый и добрый.

Что ж, нехилые такие ребята. Со стволами. Вряд ли феи перезаряжали свои волшебные палочки, после всаживания обоймы с пыльцой.

— Точно? — В голосе собеседника послышалась  толика настороженности, — господин Бохай сказал, что это должны быть братья из рода Сяо.



Faolina

Отредактировано: 30.03.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться