В паутине лжи

Размер шрифта: - +

Глава 8(2)

Артур
И впрямь старик. Из-под шапки торчат подёрнутые сединой виски, да и щетина на щеках, брови густые - все с головой выдают его возраст. Разве что усы время не тронуло и они наверняка всё такие же чёрные, как и лет тридцать назад. Веса в нём килограмм шестьдесят не больше, а выступать не боится, и, словно я навредить кому-то могу, обращается к продавщице :
- Иди-ка, Валерия, на рабочее место. И ребёнка забери, мороз на улице.
Валерия, значит. Лера… Она избегает смотреть на меня и, кажется, безумно рада возможности убраться подальше, спрятав от моих глаз миленькую девчушку, похожую на цыплёнка в этом тёплом зимнем костюме. Я не ошибся. Понимаю теперь, что меня так подкупило: настоящую мать издалека видно. Сама готова на морозе весь день в осенних сапогах простоять, а дочка одета так хорошо, что и не подкопаешься.
-Ну, что не так? Или вы поглазеть пришли, на костях моих станцевать.
Старый чёрт.
-Ошибочка вышла. Обновил кадры, а они молодые-зеленые не знают как дела делаются. Оставляй свой сарай и спокойно дорабатывай до конца месяца.
-Вот те на! Работать не умеют? Да они у тебя на лету схватывают. Вон, - указывает в сторону, где метрах в десяти от нас стоит заваленный набок киоск, и с презрением бросает в меня обвинение , - их рук дело. Прихвостень твой вчера вечером с ревизией нагрянул. Хотел за спасибо себе десять литров коньяка южного. Магомедов отказал.
Ну, Лёша! Я про себя думаю, с каким удовольствием ещё разок приложил бы его рожей об дверь, а глаза всё равно пустые. Словно плевать, пусть сожгут мои люди всё к чертям собачьим, мне без разницы.
-Звери вы. Да я на этом рынке двадцать лет место арендую. Ты малолеток на дискотеках тисках, а я семью толком не видел, сыну на операцию зарабатывал! Здесь, на этом самом месте! А ты меня как собаку...
Аж покраснел добрый и порядочный армянин. Сплёвывает на землю, то ли специально, то ли по воле случая, едва не попав на носок моего ботинка. Только даже значения этому не придаёт, ведь, по его мнению, я именно этого и заслуживаю.
-Слышь, отец… - а мне по большому счёту до лампочки, кем он меня считает. Кем считает меня каждый из любопытных торговцев, сейчас с интересом наблюдающих за этой перепалкой. В одном ему повезло - я стариков не бью, потому и переступаю смачный плевок, выделяющийся на покрытой ледяной коркой тропинке. - Ты энергию зря не расходуй, чтобы к жалости моей воззвать. Хочешь вали, гордость свою восточную показывай. Главное, что я чист - законы не нарушаю, силой тебя не гоню...
- Законы! Да что ты об этих самых законах знаешь? Не тех, что в кодексе, а тех, что людей людьми делают? Иди отсюда, а то я жизнь уже пожил, мне терять нечего! Тебе и твоим мордоворотам только баб да стариков пугать, больше ничего не умеете! - лопату из сугроба достаёт, а я только хмыкаю. Вот тебе и доброта во всех её проявлениях. Бросаю окурок на землю и решаю больше его не мучить, а он вслед ворчать продолжает:
- За всё ответите, шакалы! В миру управы на вас не найдётся, божий суд ещё никто не отменял! От него не откупишься, это тебе не воры из администрации…
Нашёл чем пугать. Если б я верил в Ад и боялся его адского пламени, продолжил бы и дальше у станка стоять. Как все, жил бы от зарплаты до зарплаты, и молча богатеев ненавидел. Только бред это всё: ни бога нет, ни дьявола. Сами мы их придумали, чтобы собственных демонов под контролем держать. Я вот своих на волю выпустил, и не жалею. Теперь не жалею, потому что природа моя такова, а бороться с ней - только силы зря расходовать. Вот за брата, да. За него стоило бы сразиться, только понял это поздно, когда увидел, насколько его демоны страшны. Теперь только и знаю, что искать способы, как их вновь под замок посадить.
-Артур Рустамович! - вот был бы бог, разве позволил бы этой дуре за мной бежать? - Подождите!
Торможу, даже к небу на краткий миг глаза устремляю, а там ни ангелов, ни всевидящих очей всевышнего, насылающих на меня предупреждение, чтоб и не думал девчонку эту обижать. А я ведь могу. Мне раз плюнуть...
- Артур Рустамович, вы на Арсена не злитесь... - и хочется очень. Чтоб перестала таращиться, словно со мной так можно, по-хорошему. Словно я ничуть её не хуже.
- Хватит может, доставать меня своими извинениями.
- А я не извиняться вовсе. Я хотела спасибо сказать.
- За что?
- За то, что помогли...
- Да срать мне на твоего старика. И на тебя тоже. Если б это не в моих же интересах было, сегодня в обед и ваш сарай, и вас вместе с ним с землёй бы сравняли. Так что иди, ладно? И не ищи чуда там, где его быть не может, - ведь прав армянин. Я шакал и проглотить, к примеру, её для меня как два пальца об асфальт. Один чёрт не живёт, а существует, пусть и выглядит сегодня не так убого, как накануне. Взгляд открытый, кожа пылает здоровым румянцем, и губы пухлые доказывают, что, несмотря ни на что, улыбаться Валерия не разучилась.
- А мне неважно. Мне больше нравится думать, что я права была. Что вы человек хороший, хоть и признавать этого не хотите. А Арсен... У него на этом рынке треть жизни прошла. Всех покупателей по имени знает, за руку здоровается, вот и сорвался. Спасибо, ещё раз, нам эти две недели необходимы, - касается моего плеча, хотя вчера с трудом дышала одним со мной воздухом - боялась отравиться - и всё улыбается. Ну дура ведь, как ни крути. Умная бы тут не стояла: работу поприличней нашла, или на худой конец, замуж выскочила. А эта чего-то ждёт. Понять бы ещё чего?
Мнётся ещё с полминуты, а я не понимаю, что сказать должен. Разговорчивым никогда не был, а уж такое услышав, и вовсе язык проглотил. Даже ответить на её "до свидания" не могу. Смотрю, как она резво разворачивается на своих скользких сапогах, как дочке на бегу кричит, чтоб та перестала тискать дворнягу, и услышанное переварить пытаюсь. "Человек хороший," - как просто этот бред с её губ слетел. И смеяться, как вчера, мне уже не хочется, ведь не вопрос это... Глупая. И я глупый, потому что сердце гулко заходится, сражённое наповал той ерундой, что она несла о моей мифической доброте ... Ведь ни ей ни мне не дано знать, что этими словами она подписала себе приговор. Просто человек так устроен: каким бы монстром он ни был, всё равно против воли тянется к тем, кто заставляет его вспомнить, что он ещё не потерян. Нужен ему кто-то, ради кого захочется поменяться...



Евгения Стасина

Отредактировано: 03.06.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться