Великолепие разума, или Как стать убийцей

Запись 14 "Операция "Подсадная утка". Внедрение"

Несколько дней я просто не знала, куда себя деть. Пока Лола игралась с линзами и развлекалась со своим другом, почти что вымаливая его помочь ей, я тихо-мирно вышагивала взад-вперёд по своему змеиному гнезду и прокручивала составленный план. С каждым прошедшим часом всё больше параноидальных мыслей и вопросов возникало в голове: а что если не получится, если поймают, если сломается – и таких вот «если» было очень много. И чтобы окончательно не свихнуться и не стать параноиком, решила занять себя чем-нибудь. А что поможет в такой ситуации? Правильно! – физические нагрузки. Начала перепланировку – стол перетащила, а то он, стоя посредине, много места занимал, спрятала ненужные мне лабораторные приборчики. В общем, смогла занять себя на полдня, пока окончательно не выдохлась.

Прошло ещё два дня, прежде чем я наведалась к Лоле. Девушка выпытала у меня пять дней на подготовку, но я уже замучилась таскать стол из угла в угол, тем более после таких силовых нагрузок рук не чувствовала вовсе.

Она сидела, как обычно, в кресле и, уткнувшись в планшет, что-то судорожно читала, так как ноготки нервно стучали по столу, а ноги, втиснутые в неудобные туфли на шпильке, тарабанили по полу. Заприметив меня, она наконец оторвалась и улыбнулась мне, на что я, ради приличия, ответила тем же самым.

Помимо моих забот, у неё были и свои, я это понимала и решила помочь. С цифрами у меня не очень хорошие отношения, но попытаться стоило, тем более у неё в запасе ещё один день, – линзы готовились, а штучка, блокирующая сигнал, дорабатывалась.

Как оказалось, у неё были кое-какие проблемы с потоком денежных средств, поступающих из бара: каждый раз их становилось всё меньше и меньше, словно кто-то выкачивал золотишко из котелка лепрекона. И какого было её удивление, когда я (сама не ожидала) нашла кровососа. Какой-то официант по тихой таскал со счёта денежки. Вернее, какой-то процент с выручки. И так каждую ночь в его смену. Процентики маленькие, если не знать о такой штуковине, можно и не найти вовсе; следы тщательно он заметал, вирус перекрывал данные своими, показывая ложные цифры. В оборотах Лола видела непонятные поставки алкоголя, на которые уходило больше средств, чем следовало, а также на хозяйственные нужды и прочую ерунду.

Этой системе меня обучил папин друг, он в своё время работал в верхушке глав на системе банковских переводов. Знал все фокусы мошенников и мог с лёгкостью сказать, у кого и куда утекают деньги.

Теперь, когда всё выяснили, Лоле следовало разобраться с этим ворюгой, хоть она и хотела его просто уволить без выплаты недельного жалования, я же настаивала на более жёсткой каре, — хотя бы пригрозить, чтобы впредь использовал более продвинутые методы.

Целую ночь мы просидели у неё в клубе, подготовка шла своим чередом: я училась ходить на каблуках, для меня это была целая мука. Несмотря даже на то, что я худая и ростом не вышла, абсолютно не удобно было ходить в платье. Ну хоть парик идеально подошёл, и то радует. С линзами пришлось немного повозиться. Во-первых, я не смогла надеть их с первого раза. Потом все же вставила в глаза, но ужасно щипало. Пришлось их снять, а затем заново пялить. Во-вторых, у того самого друга была самодельная штучка, с помощью которой можно проверить работоспособность линз. Оказалось, что не совсем корректно; здесь сыграла свою роль тёмная линза, так как у Лолы карие глаза. Но пару часов спустя… и вуаля! Все настроено и налажено. Теперь оставалось дождаться утра, а затем начать исполнять наш план.

Лола тихо-мирно сопела за столом, подперев голову маленькой подушечкой. Я же решила незаметно прошмыгнуть и отправиться штурмовать Центр. Девушка просила меня разбудить, если та уснёт, но вид спящей Лолы меня так бодрил, что не осмелилась её выдёргивать из нежных объятий Морфея.

Надев всё необходимое, поспешила удалиться, зажав булки покрепче, чтобы не споткнуться и не упасть. Полпути я шла, словно прибитая: ноги в разные стороны, аж смотреть со стороны страшно. Хорошо, что утром народу мало щеголяет по улочкам, точно бы засмеяли. Потом более-менее привыкнув, ускорила темп и к началу рабочего дня успела доковылять. Я специально выбрала это время, в такой суматохе не грех ошибиться даже самым продвинутым технологиям – это я про роботов. Вчера вечером Лола посоветовала мне положить в сумочку веселящее средство, на случай, если Джон будет капризничать. Благо, проходя сканирование, ничего не начало пищать и светиться красным, а то булки мои так напряглись, что аж ноги сводило.

Но после… у меня прям дыхание спёрло. Каждый пришедший стоял не более минуты возле незатейливого аппарата: наклонил голову, «положил» глаза на подставку, 3D лазер тебя просканировал – всё. Довольный идёшь дальше, получаешь браслетик и чапаешь по делам. Какая-то женщина толкнула меня плечом в спину, что я от неожиданности чуть не шмякнулась. Благо, что прямо передо мной стоял этот адский терминал, и я утонула в его объятиях. Секунду помедлив, наклонила голову и распахнула широко глаза, готовясь уже к захвату.

Сначала он долго не мог меня просканировать, глаза настолько высохли в этих линзах, что даже в голове что-то нехорошо покалывало, сердце вообще начало медленное погружение в самые пятки, а разыгравшаяся паранойя опять выстраивала в моей голове различные зверские картинки. Та самая женщина стояла за спиной и что-то бурчала, мол, опаздывала на работу. Но радостные два сигнала ввели меня в такое блаженное состояние, что готова была со счастья растечься по полу бесформенной лужицей. Выпрямившись, я мысленно расцеловала Лолу и её дружка, а затем повернулась к той самой женщине, которая продолжала причитать.

«Пластика вам не поможет, хоть вся утыкайтесь, в скором времени всё равно лицо сползёт», – тихо высказалась я и грациозно пошагала к терминалу выдачи браслетов.

Засунув руку в специальное отверстие, почувствовала, как что-то холодное сначала обожгло кисть, а затем захлопнулось, словно капкан на ноге воришки. Немой сигнал твердил мне, что устройство работает исправно и подключено к системе, и чтобы не позволять другим спешащим на работу и простым людям заострять внимание, вытащила руку и, мысленно сказав «благодарю», направилась к лифту.

Лаборатория находилась на десятом этаже, но сначала всё-таки решила наведаться к Хьюберту. Всего этажей было двадцать, но по размеру само здание не уступало другим высоткам – из-за высоких потолков и огромных помещений. В лифте, слава мамонту, была одна, поэтому, достав из толстого ремешка на платье припрятанную продолговатую штукенцию, нацепила на браслет и нажала кнопочку. Сначала никаких действий не было, я уже начала думать, что в этот раз дружок что-то напортачил, но спустя минуту, маленький экран на браслете начал показывать искорёженные данные, а потом и вовсе потух.

Звоночек оповестил меня, что я прибыла на третий этаж, где собственно и располагалось «бюро поддержанной электроники». Странное чувство обуяло меня, что-то похожее на ностальгию вперемежку с нотками радости, а в то же время меня начало немного потряхивать то ли оттого, что было прохладно на этаже, то ли оттого, что мне было страшновато.

Найдя нужную дверь, я приложила свой браслет к маленькой консоли… но ничего не произошло. Сколько меня уверяла Лола, что штуковина никак не повлияет на основные функции, – дверь-то не поддавалась, открыть, кроме как использовать хреновый браслет, ничем не получится. Слава мамонту, что никого на этаже не было, белые стены начали ужасно раздражать, и я разозлилась. Пнула дверь, а что ещё делать в такой ситуации, как не громить всё на своём пути. И слава святым яйцам! Что-то щёлкнуло, и консоль засветилась. Я ещё раз приложила браслет, и женский слегка гнусавый голос поприветствовал меня.

В последнее время замечаю, что мне везёт, причём тупо. Уже двести раз меня могли повязать, поймать и убить. Но что-то меня оберегало… или кто-то? Святой мамонт?

Ну да ладно. Философствовать о высших разумах и потусторонней фигне не было времени. Я пулей влетела в помещение и поняла, что дверь захлопнула раньше, чем нащупала выключатель. Так как сам Центр притерпелся кардинальных изменений, то склад никак не задели новшества: как была старая проводка, где надо сначала нажать кнопку, чтобы зажёгся свет, так и осталась. Зачем что-то менять, ведь никто не заходит сюда, здесь пылятся старые ненужные игрушки, с которыми больше никто не хочет играть…

С минуту, наверное, я шарила руками по холодной стене, пока не нащупала что-то. Слава мамонту, там не предусматривалась влажная автоматическая уборка, а то было бы очень плохо. Секундой спустя свет зажёгся во всём помещении, и моя челюсть чуть не отвисла до самого пола. Я даже предположить не могла, насколько он огромен.

Я мысленно начала представлять, как мой иссохший трупик найдут примерно спустя пять лет и то только потому, что кому-то приспичит провести здесь инвентаризацию. Потом подумала: в таких больших складах всегда ведётся автоматизированный учёт, значит, есть и электронная библиотека с названием всех выброшенных предметов с точным пунктом их дислокации.

Найти компьютер удалось сразу, он висел на одном из стеллажей. А вот в картотеке было, только представьте, один миллиард шестьсот семьдесят девять миллионов триста три игрушки! И в этой огромной куче всякого хлама мне надо было отыскать моего любимого супер-пупер умного интеллекта. Это ещё повезло, что был поиск. Я искала по-разному: вводила «Хьюберт», «искусственный интеллект», – да по-всякому. Вводила имена родителей, оказывается, некоторые изобретения были распределены по категориям «Владельцы». Я-то думала, у них не так уж много было игрушек, как оказалось, больше полумиллиона. И как думаете, великие умы его каким образом записали? «ITMpZq-4875», – более тупого названия я в жизни не видела, надо же было так его обозвать!

Мне пришлось пройти десять стеллажей вперёд, повернуть налево, пройти ещё двадцать, а затем свернуть направо, – там меня ждал приз в виде маленькой коробочки. Что, думали, это будет большой робот переросток с множеством рук и маленькой головкой? Не а, вся информация, да и сама личность Хьюберта была помещена в маленький гаджет. И если его подключить к мощному компьютеру и ввести нужные коды, то он залезет во всё, куда дотянутся его маленькие ручки. 

Я открыла коробочку и достала штучку, она больше похожа на допотопный телефон, только маленького размера. У меня и флешка имелась с кодами, её-то я и ставила в гаджет, набрала комбинацию… и вуаля! Хьюберт проснулся! Пришлось повозиться с ним, настройка заняла больше времени, чем ожидалось. Но когда интеллект наконец признал и назвал меня «его маленькой Синди», я чуть не расчувствовалась, всё-таки приятно знать, что у тебя есть семья, несмотря ни на что, – она всегда в моём сердце и в памяти у Хьюберта, да что уж там, он и есть моя семья.

Это хорошо, что мой пупер умный интеллект влез в маленькую сумку. Коробку не стала брать, тем более кто его знает, может, на ней отслеживающее устройство стоит?

Добралась до лифта без происшествий, так казалось, по крайней мере. Я уже решила расслабить пятую точку, как неожиданно забежал какой-то лаборантик. Он нажал кнопку шестого этажа и посмотрел на меня своей хитрой ухмылкой. Я не поняла, что ему надо. Взгляд такой был странный, казалось, что меня маньяк поймал, сейчас зажмёт в лифте и изнасилует. Брр…

Неожиданно раздался сигнал, и меня прям подкинуло на месте. Лаборантик чуть отстранился, видимо, тоже испугался. Я виновато улыбнулась и отвернулась, чтобы тот не видел, как желваки на моём лице отплясывали танго.

На шестом этаже он всё-таки вышел, ещё раз улыбнувшись мне. Странный тип, однако. Как только двери лифта закрылись, я быстренько вытащила Хьюберта. Экран мигал, как бы говоря, что система налажена, можно приступать к захвату мира. Для того чтобы отключить Цербера, необходимо было либо подключить интеллект к общей сети, что тут же меня рассекретило бы, либо подойти на близкое расстояние к объекту и незаметно подкинуть гаджет, чтобы произошёл незащищенный контакт. Этот вариант был самым надёжным, но небезопасным.

Подумать до конца мне не дал звоночек; я прибыла на десятый этаж, где располагалась лаборатория родителей. Как и на третьем этаже народу не было, все крыски разбежались по своим норкам и занимались своими грязными делишками. Найдя нужную дверь, я приложила браслет к консоли. Какое-то время ничего не происходило, и уже было решила ударить по консоли, но тот же самый женский голос поприветствовал меня, и дверь открылась.

Глянув по сторонам, чтобы никто не видел меня, быстренько залетела в лабораторию, попутно скидывая туфли. Я испытала такой блаженный кайф, разве что оргазм не получила. Свет медленно, но загорался, ослепляя меня, попутно освещая пыльное помещение. Сюда давно никто не заходил, и, видимо, не трогал с момента убийства прежних владельцев весь мусор и хлам, что так и лежал, покрываясь многогодовой пылью и паутиной (прошло как-никак почти три года).

Наскоро включив капсулу смерти, я принялась ждать, пока машина после стольких лет простоя начнёт наконец функционировать. А пока я ждала, медленно обвела взглядом лабораторию. На лицо медленно поползла улыбка, так как это место было моим вторым домом. Я любила здесь, закрывшись в одном из шкафчиков, наблюдать, как работают родители. Они, естественно, не знали об этом, и от этого было ещё веселее. Но три долгожданных сигнала вывели из состояния ностальгии, и я, грациозно поскользнувшись на пыльном полу, закатилась под консоль.

Потирая ушибленную мягкую точку, одной рукой пыталась снять панель. Подключив в конце концов вторую руку, быстро вскрыла крышку, которая за столько лет не заржавела. Заглянув внутрь, поняла, что это будет не так-то просто снять дебильный браслет. Магнит находился далеко под слоем какого-то материала и в гуще проводов. Кое-как просунув руку, я разорвала материал, и мой браслет мигом примагнитился. Рука замерла в неудобном положении и начинала затекать. Наскоро достав из сумочки ручку, я еле втиснула вторую руку под консоль и, поддев металлические ремешки, услышала долгожданный щелчок.

В стиле профессиональных воров и шпионов я, не выползая из-под консоли, нащупала на боковой стороне экстренную кнопку выключения и нажала со всей силы. Раздался глухой и недовольный гул, который эхом заполнился в полупустой лаборатории. Нащупав свой браслет, быстренько достала и сунула вместе с ручкой обратно в сумку.

Теперь мне надо было незаметно прошмыгнуть на двадцатый этаж в западное крыло, так как там и был офис дорогого и любимого Джона Коэна. В шкафах, как и ожидала, висели халаты, которые не утратили былой красоты, провисев столько времени. Достав один, накинула на себя, наскоро застёгивая пуговицы. Также где-то имелись очки, используемые мамой во время проведения тестов в камере смертников, с затемнённой оправой. Мне нужно было скорее выбираться оттуда и бежать, пока никто не заподозрил, что из числа прибывших в муравейник одна особь все же потерялась. Пока скользила по полу, наткнулась на стол, где стояла фотография в рамке. Быстро схватив её и туфли, я побежала к выходу, пытаясь засунуть в маленькую неудобную сумочку эту фоторамку.

Перед тем как открыть дверь и выскочить в коридор, я надела туфли, поправила парик и хотела уже повернуть ручку, как меня осенило. Пол, чтоб его! Там повсюду мои следы! Громко чертыхнувшись, я схватилась за голову, начиная судорожно придумывать, как же убрать эти следы. Но в любом случае, даже если удастся убрать пыль, отпечатки на консоли оставила.

От отчаяния уткнулась головой в стену… и свет погас. Оказывается, нажала на сенсорный выключатель… «Ну вот и ответ!» – подумала я. Нащупав в темноте ещё одну сенсорную кнопку, открыла дверь и только тогда нажала. В комнате началась светомузыка, это говорило о том, что началась влажная уборка лаборатории.

Вспомнила случай, когда родителей не было, а я осталась одна. Маленькой девочке хочется все пощупать и потрогать, понажимать на кнопочки и выключатели. В общем, нажала на сенсорную кнопку и спустя пять минут я была вся мокрая, а плохо оставленные документы и бумажки свернулись из-за влажности. Родители, конечно, скандал закатили, но долго обижаться не могли. И уже вместе со мной валялись на мокром полу. Здесь прошло почти все моё детство, это было намного интереснее, нежели капаться со сверстниками в какой-нибудь канаве, выискивая «сокровища».

В коридоре не было народу, и повсюду не горели красные лампочки, как бы говоря, что в здании находится чрезвычайно опасный преступник. Но ради подстраховки помчалась по коридору в противоположную сторону, ко второму лифту, который смог бы доставить на последний этаж западного крыла.

Вот там было довольно-таки оживлённо. Мне пришлось сжать булки и убрать руки в карман, чтобы и сумка, спрятанная под халатом, не упала, и не видно было кистей, так как на них отсутствовал браслет. Народ сновал туда-сюда, их халатики развивались, а мне почему-то становилось страшно, когда кто-нибудь оборачивался и смотрел на меня. Не думая ни о чём, залетела в первое попавшееся помещение, оказалось, попала в какую-то лабораторию. Крыс не было, и я смогла наконец расслабиться.

Я обдумывала дальнейшие действия: так как возле кабинета крутится не только Цербер, но и народ ходит, не останусь я незамеченной. Стоит переждать, пока посетители более-менее разбредутся по кабинетам, и станет тихо. Но долго тоже ждать плохо, так как на штуковине, блокирующей сигнал, мог закончиться заряд, и тогда я опять появлюсь мигающей точной на экране, – надо его подкинуть кому-нибудь.

Мы разрабатывали такой план действий: идёшь по коридору, примечаешь жертву, как бы нечаянно задеваешь рукой, потом разворачиваешь, лепечешь, как тебе стыдно, и подкидываешь в сумку или куда-нибудь ещё браслет. Так как браслет функционирует только в пределах «Корпорации ЗЛА», то человек, выйдя за пределы здания, спокойно вынесет его без ущерба себе и окружающим. Если он найдёт у себя эту хрень, спросит самого себя «как?» и «когда?», а потом оставит на память или выкинет. Но если не найдёт, то при следующем посещении его скрутят, – как-то не радостно, но что делать.

Я, прокрутив этот план, достала браслет и положила в халат. В лаборатории так никто и не появился, но желание осмотреться у меня так и не возникло. Прислушавшись, я отворила дверь и глянула в коридор. Людей как ветром сдуло, аж непривычно стало. Глубоко вдохнув и сжав булки, поправила свой наряд и вышла, попутно закрывая дверь. Как только хотела быстрым шагом направиться в сторону кабинета дядьки, я, не заметив преграды, столкнулась на полном ходу с какой-то женщиной. Отстранившись, поняла, что это та самая нетерпеливая особа. Узнала она меня или нет, но я мигом начала лепетать извинения, «поправляя» её наряд. Как-то все молниеносно получилось: моя рука быстро залезла в карман, а затем уже оказалась в сумке у дамочки. Женщина, естественно, ничего не поняла, оттолкнула меня, что-то пробубнила в ответ и своими тараканьими шагами почапала в сторону лифта.

Тяжело выдохнув, я оперлась о стенку. Сердце так бешено стучало, что вот-вот, казалось, артерии лопнут. Так было плохо, что я готова была развалиться на полу и биться в истерике. Не думала, что экскурсия по «Корпорации ЗЛА» заставит мои нервишки плясать от этих крысиных бегов.

Но, как бы это всё печально ни было, пришлось собраться. Какой-то лаборант вышел из помещения и начал оглядывать по сторонам. Увидев меня, он спросил, все ли в порядке. Я же, поправив очки и сдёрнув халат, чуть заниженным голосом ответила, что все отлично, и просто посетители иногда бывают буйными. Он, видимо, понял меня и улыбнулся, а я, кивнув, направилась дальше.

Как и ожидалось, людишки попрятались, лишь изредка из лабораторий доносились какие-то звуки работающих приборов вперемежку с криками, – да всё как обычно, даже и не такое бывало. Заприметив на посту стоящего без движения Цербера, я, набрав в лёгкие побольше воздуха, направилась не спеша и грациозно. Она же, заприметив меня, повернула сначала голову, а затем и туловище. Я же пыталась вести себя непринуждённо, в голове прокручивала незатейливую мелодию, чтобы лишние мысли не мешали мне «творить добро», и мусолила в кармане Хьюберта, готовясь его подкинуть. Подходя ближе, заприметила бейджик, на котором большими буквами было написано – «Секретарь Габриэлла».

Мать моя София, как можно было робота назвать таким именем, хотя… скажи мне любое, и я тут же начну возникать, такая уж я… Почему-то с Лолой такого не было… странно? Ну теперь хоть знаю, что Цербера зовут Габриэлла, – так, для галочки.

В общем, подойдя к секретарше, увидела, что на её платье в цветочек есть кармашки, стоило только как-то засунуть Хьюберта, чтобы тот начал действовать.

«Вам не назначено, Лола Морис, – решила меня проинформировать Габриэлла, на что я улыбнулась и кивнула головой. – Я предупрежу мистера Коэна». Голосок у неё был довольно приятный: мягкий и без ноток металла. Сумели же всё-таки роботам тембр голоса на более человеческий настроить, – а то помню, раньше было, что и слова по слогам произносили, и буквы некоторые не проговаривали. А сейчас, если бы не её металлическая голова и руки, торчащие из платьица, то и не понять вовсе. Хорошо, что запретили делать роботов подобно людям, считали, что это способствует возникновению комплексов: народ начал все чаще делать пластику, менять внешность, чтобы быть красивее. Хотя, что толку: запрет есть, а люди всё равно делают пластику, – от этого никуда не деться.

Габриэлла плавно обрулила меня и направилась в кабинет к своему боссу, который сидел за прозрачной дверью. И меня осенило! Я стою в халате и очках, он тут же начнёт истерично прокручивать в голове события, по которым Лоле бы пришлось надеть этот костюм. Быстро отвернувшись, я уставилась в одну точку на стене, пытаясь собраться с мыслями. Но ничего не происходило: никто не орал, не возмущался, как-то тихо всё было, даже странно. И я тут задумалась: а не было ли это всё подстроено?

Но бежать было поздно, – Габриэлла вышла из кабинета и сообщила, что Джон готов принять меня. И я, придерживаясь сценария, развернулась и улыбнулась, но взаимностью никто не ответил. Ещё бы – роботы. Я, по привычке сжав булки, направилась к двери, думая, как лучше будет подкинуть гаджет. Но ответ пришёл сам, неожиданно. Подвернув ногу, я повалилась в сторону, прямо на Габриэллу, которая тут же сориентировалась и поймала меня. Холодные металлические запястья обожгли мои руки, когда она с силой сжала меня, удерживая от падения. Тут-то я и подкинула Хьюберта, когда оперлась на неё, чтобы подняться. Отдёрнув халат и поправив парик, я искренне поблагодарила секретаршу, та в ответ сказала своим мелодичным голосом: «Всегда пожалуйста».

За огромными стеклянными дверьми я видела Джона Коэна, который стоял спиной ко мне. Появиться неожиданно не получилось – ну и пусть, зато свидетелей нет. Краем глаза заметила, как Цербера, сидя за столом, сначала тряхнуло, а затем вырубило, и она окончательно успокоилась, тихо-мирно посапывая.

Войдя в кабинет, сразу заметила большие окна, из которых был невероятный вид на город. Смогла также увидеть высотку, с которой вела слежку за этим дядькой. Напротив окон стоял большой белый стол, а по правую сторону кожаный диван, рядом с которым стояла тумба с цветком в горшке. Настоящий он или какой-то гибрид, созданный искусственно в лаборатории, – не знаю, да и подумать не успела о том, чтобы поближе его рассмотреть.

Он все так же стоял спиной ко мне, засунув руки в карманы своих чёрных брюк, до тех пор, пока мистер неожиданность не развернулся ко мне. Его лицо не выражало никаких эмоций, как будто он что-то уже принял. И всего три сказанных слова «Я тебя ждал», слетевшие с его губ в этот момент, заставили меня потерять дар речи, мурашки начали колесить по спине, напевая похоронный марш, а чувствовала себя, словно меня окунули в ледяную воду, а затем кинули на раскалённые угли. Меня пробила дрожь, ноги начали трястись, и я еле стояла на них, готовая упасть на пол и уползти куда подальше. Я раз за разом прокручивала в голове эти слова, соображая, в какой же момент всё пошло не так. Но для пущей уверенности, или чтобы окончательно меня убить, он посмотрел в глаза, заглядывая в самую душу, а затем произнёс:

«Привет, Синди Морган».



Амелия Джонс

Отредактировано: 23.01.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться