Заговор маски

Размер шрифта: - +

Глава 30

Едва ли не бегом Аурвандил достиг комнаты Яролики, но, взявшись за ручку двери, услышал, как мать Ингимара говорит:

- Ваша подруга кажется очень смелой и умной девушкой!

- Да, так и есть, - отвечала ей травница, - мы дружим с детства.

Алхимик отступил от двери: сирены там не было. Он задумчиво почесал подбородок и сбежал вниз, а потом завернул в кухню. Тут ему повезло больше: Горислава действительно ушла хлопотать о предстоящем ужине, и алхимик застал ее, нарезающей овощи. Она ойкнула, отскочила от стола и опустила глаза вниз, растерянно вытирая ладони о фартук.

Аурвандил замер на пороге, не зная что сказать, он любовался ее юной красотой и отчего-то радовался ее смущению.

- Я должен вас поблагодарить, - сказал он наконец. - Вы так защищали меня!

- Нет, я… Просто… Ну это же правда! Я всего лишь озвучила ее, - Горя глубоко вздохнула и подняла на него глаза.

- Да, но… - Аурвандил подошел ближе. - Вы же не стали бы делать это для того, кто вам безразличен, правда?

- Но Аурвандил! - Горислава искренне изумилась. - Разве я когда-то говорила, что вы мне безразличны? Вы мой добрый наставник, мой друг, мой… мой брат.

- Так говорят о мужчинах, которых не хотят обижать отказом, но от которых мечтают избавиться, - категорично сказал алхимик. - Но ваш поступок говорит о другом… Горислава, я не понимаю вас, но очень хочу понять!

Горислава взяла себя в руки, вернулась к столу и подвинула к себе доску с овощами.

- Тут нечего понимать, - сказала она тихо. - Я уже сказала вам все, что могла. Я бы хотела сказать что-то другое, но не могу, Аурвандил. Мое сердце не свободно. Я не мечтаю от вас избавиться, наоборот, я бы хотела, чтобы… - она прикусила язык, поняв, что последние слова говорить не стоило.

А алхимик, мрачневший все больше, воспрял духом. Он медленно подошел к ней вплотную, и сирена не отодвинулась.

- Если вы хотели бы это изменить - значит ли это, что в будущем все может измениться? - дрожащим голосом спросил Аурвандил. - Значит ли это, что у меня есть шанс? О, скажите только слово, кивните - и я горы сверну! Я докажу вам, что достоин вашего внимания не меньше, чем ваш избранник. Горислава, я клянусь именем матери, что это так! Простите меня, я обещал, что не буду вести с вами разговоров о своих чувствах и нарушил слово. Это потому, что ваша пылкость, с которой вы защищали меня, возродили во мне умершую было надежду… Скажите мне, Горислава, скажите, могу ли я надеяться…. – почти прошептал Аурвандил и взял девушку за руку.

- Я боюсь, что нет, я… не могу отрицать, но… - прошептала Горислава в ответ, не в силах отнять руки, страстно желая, чтобы Аурвандил переступил ее собственные запреты и с сожалением ощущая знакомый прилив жара изнутри, знаменующий, что она скоро не сможет продолжать прикасаться к любимому безболезненно для него.

Внезапно дверь на кухню с треском распахнулась, и на пороге показался злой как сто троллей Ингимар, сжимающий в руках газету.

- Какая идиллия, - свирепо рявкнул он. – Уж простите, нарушу!

Он швырнул газету на стол.

- Какого черта ты натворил? – прошипел некромант, отчетливо напомнив испугавшейся Гориславе шипение змеи. – Ты кем меня выставил? Или ты думать только в святилище своем умеешь?

Она, опомнившись, отпрянула от алхимика и в испуге прижалась к стене. Аурвандил побелел от гнева и досады на друга за то, что он прервал его в такую минуту:

- Какого черта ты врываешься без стука! – взорвался он, - никто не давал тебе права так себя вести!

- На что не давал права? – ехидно вопросил Ингимар. – Зайти на кухню в своем доме? Хотите полюбезничать – уединитесь в подвале! Но прежде ты…. – он вновь схватил газету и ткнул ею в алхимика. – Какого йотуна ты сделал? – зло рявкнул он.

Горислава отчаянно покраснела и опустила глаза, не зная, куда деться со стыда. Аурвандил, уже готовый было вцепиться в Ингимара, рассеянно взял газету и непонимающе захлопал глазами. Некромант продолжил яростно:

– Ты кем меня выставил? Героем-спасителем? Или проклятым эгоистом без мозгов, который только и рвется к славе? Я тебя просил разобраться с полицией, а не спихивать на меня свои подвиги! Ты хоть представляешь, что могут о подумать обо мне семья и близкие? Что я идиот, который радуется тому, что его упомянули в газетах? – он расправил лист и издевательски прочитал. – «Дротин Эриксон уверил, что справиться с минотаврами ему не составило труда в одиночку. Это же подтвердил и его друг». И когда ты такое подтвердил? – он вновь напустился на Аурвандила. – Подключи свою пропитанную эликсирами голову! И представь, как разочаруются во мне родители и Яролика, если решат, что я послал тебя пинком в подвал, а сам торжественно назначил себя всемогущим героем! Только ведь тебе на это наплевать! Нашему дражайшему дротину Вигмарсону важнее спрятаться в святилище от людей! Надо было давно посохом тебя прогнать по всему городу в научное общество! Чтобы вылез из своей дыры и перестал меня так подставлять!

- Я ничего не подтверждал! – возмутился Аурвандил, - ты же тоже никого ни в чем не уверял! Я просто попросил не вмешивать меня в эту историю. Я не знал, что они так это все развернут… Да ничего твоя Яролика про тебя не подумает, она от тебя без ума. А тем более родители.

- Попросил он не вмешивать! – прорычал Ингимар. – Конечно лучше все повесить на меня! Чтобы меня считали тупоголвым идиотом, который жаждет попасть в газеты! Откуда ты знаешь, что они подумают? Или ты ненароком мысли читать научился? Я тебе друг или вешалка, на которую можно повесить все то, что тебя не устраивает в жизни?

Аурвандил вспыхнул:

- Ничего я на тебя никогда не вешал! – зло парировал он, - ни когда-либо, ни сейчас! И ты тоже мыслей читать не умеешь, с чего ты взял, что про тебя кто-то что-то думает вообще? А если я тебя слишком утруждаю своим присутствием, так я могу и уйти, чтоб не мешать тебе быть таким, каким ты хочешь!



Ольга Костылева

Отредактировано: 02.09.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться