Ломбард Проклятых душ. Пятая книга. Коронованный бродяга

Размер шрифта: - +

Глава 6. Не запланированное признание

 

 

Араик глазам своим не поверил! Фото оформлено было, видимо, в каком-то мобильном приложении: в розовой рамке, с «блёстками-анимацией»,  сердечками и цветочками…! И надпись: «А+Л=любовь». Она переливалась, сверкала… А на глазах Араика засверкали  слезы… Неужели это правда, что сказала Дуня?! Неужели она не придумала, неужели каким-то образом вперед них всех узнала?! Как же это лицемерно! Какая это подлость! Сущее предательство!  Знать, что Митенька в опасности, что ему срочно надо в хорошую больницу с современной мед-техникой, взять и сбежать! А потом разыгрывать этот спектакль, позвонив, и наговорив всякой ерунды! А может, Арина Люде тоже звонила и околесицу несла, только Люда им с Димой ничего не сказала?!

    Но что же делать?! Рассказывать ли Митеньке? Внезапно вспомнился недавний разговор с Петровой. Она сказала, что это таким  странным способом развлекается и утешается Элоиза. Может, она старое фото сына и Арины взяла, так оформила и послала Араику? Кучмина же работала на Арвиане, вот тогда и сфотографировались. Сфотографировались, как друзья, а ни любовники, естественно.  А послала бывшему Березкину, потому что догадывается, что с ним ее сын не успел подружиться настолько  близко, как с Димой. А то бы Криленков, получив такое, начал бы еще звонить и выяснять что-то!

    Араик, вспомнив про чай, заставил себя подняться и пойти вниз. Что было бы лучше: то, что Анджей и Арина так предали Митеньку, или то, что это Элоиза с ума сходит, звонит  с номера сына и отправляет эсэмэс с его телефона?! Юноша признавался себе, что лучше бы они остались живы, пусть совершили бы такое предательство, но главное – были бы живы. А дальше, как сам Анджей выражается, Бог им судья.

    Новоявленный Стрижевой-младший спустился вниз и тут же пошел искать Августу Кирилловну, чтобы под каким-нибудь предлогом попить чай на кухне. Он стеснялся это делать с приемными родителями  и их подругой. Но планы с треском провалились: в дверях гостиной стояла Евгения Александровна, которая сразу увидав сына, позвала к ним. Пришлось ему согласиться. Прежде чем дать ему войти, мать нежно приобняла его, назвав ангелом.

    Когда юноша вошел, то сразу же заметил, что и в этой комнате был ремонт. Надо же…как о нем заботятся тут. Араик случайно услышал однажды, как Дуня ворчала с кем-то по телефону, говоря, что ее покровители из-за какого гопника даже ремонт собрались делать. Вспомнив про это, душу мальчика невольно охватило чувство торжества. Все-таки Стрижевые его, наверное, и правда, любят, не смотря на недовольства своей подопечной, которая вообще-то им деньги приносит! Но одна мысль об Анджее, и юноша снова загрустил.

    Ксения смотрела на приемного сына своих друзей, не в силах запретить себе этого. Она мысленно заставляла себя перестать глазеть на него, но не могла, и всякий раз ее взгляд возвращался к нему. Араик являлся все тем же Араиком, которого Женщина однажды увидела у Морозовых, и который тогда ей не понравился. Он был таким же. Так же не встревал в разговоры, лишь кротко отвечал, когда к нему обращались. Он не играл в телефоне, не «рылся» в интернете на нем, не читал и не строчил никому эсэмэс. Все тот же, да. Такой же точно, как и тогда на кухне у родителей Стеши. Тем не менее сейчас он казался Гадетской принцем, а в тот раз – кем-то вроде беспризорника, приголубленным из милости. И как же таким он напоминал ей Богдана! Темно-темно каштановые, почти черные локоны, только длиннее, чем у ее сына, почти до талии, глаза карие, а ни синие. Но при всей своей непохожести как же он напоминал этой несчастной матери ее покойное дитя! И внезапная мысль: «Мне бы его в сыновья!» даже испугала Женщину.

    За то время, пока Стрижевой-младший занимался своим букетом, его родителям подруга успела отдать Катюшины снимки, и теперь они неспешно беседовали о том и о сем. Ксения Ивановна, умудряясь отвечать на вопросы друзей, думала о их сыне.

    Ей было, конечно же, известно о том, что с ним произошло, еще задолго до последних событий. Богдан рассказывал матери, делясь мыслями, прося советов. И вот теперь Женщине вспоминалось все это. Араик многое пережил. Ему не позавидуешь. Почти с рождения никому не нужный, и потому связавшийся с плохой компанией, в поисках любви, теплоты, заботы, понимания и поддержки. Любимая девушка жестоко предала,  а потом еще и предали родители. Чем они руководствовались до сих пор не понятно: то ли надоела им Аглашка, то ли они хотели ее неизвестно откуда взявшееся богатство. Чарльз и Злата прекрасно знали, какая жизнь ждет их сына в браке с этой девушкой, но все равно ничего не сделали, чтобы спасти его, да и вовсе в сговор вступили с будущей невесткой ради денег! Даже на цепь потом посадили, как Ксении Ивановне рассказала Евгения Александровна. И как могла Стрижевая после всего этого, предоставив приют Араику, наговорить ему грубостей, обвиняя его и Стешу, что они решили испоганить жизни Диме и Дуне?! Ему и так плохо, а тут она еще масло в огонь подливает!

    Когда вошла Августа Кирилловна и знаком зачем-то позвала куда-то хозяев, гостья этого не сразу заметила. А заметила, когда осталась с юношей наедине. Ксения Ивановна знала, по какой причине он попал в больницу, и теперь мягко спросила его:

- Зачем ты это сделал? Зачем пошел к биологическим родителям?

    Араик таких вопросов не ожидал и малость опешил. Еще слово «биологические» очень резануло. Они настоящие, а ни «биологические»! Мальчик такого не ожидал, но гостья тихо, мягко настаивая, повторила вопрос.

 

- Ну, - протянул он, боясь показаться невежливым, - мне казалось, что так нужно поступить, что так правильно.



Maria Shmatchenko

Отредактировано: 13.08.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться