Разруха

Размер шрифта: - +

Пролог

- Господин президент, оденьте бронежилет.

Если бы снаружи была хотя бы демонстрация, ему было бы от чего защищаться. Тогда он принял бы должные меры безопасности: спастись от тех, кто пожелает, выступая против власти Президента, выстрелить или даже камнем швырнуть в него. Если б там была бесконтрольная толпа, он мог бы не выйти к ним и вовсе. Но они, в конце концов, находились в Городе, который не просто так газетчики величали и идеальным, и совершенным. Народ не пришёл на митинг и не устраивал пикет, это было просто стандартное собрание: подбить итоги прошедшего квартала, отчитаться перед жителями и вернуться обратно. Президенту в таком случае полагалась только стандартная, символическая охрана, и ничего больше. Улыбнуться людям, скопившимся на центральной площади, постоять у трибуны и сказать несколько слов.

Это бы даже не было важно, если б он, конечно, не ждал выборов всего через год – и не желал выиграть их уже в четвёртый раз.

И это точно не было бы опасно, если б его правление не надоело некоторым не слишком приятным людям.

- Обойдусь, - отмахнулся он от своей помощницы, поправляя отвороты тщательно отутюженного, отстроченного пиджака. Конечно, лучше было выбрать светло-синий – во-первых, толпа любила более летние цвета в такую погоду, во-вторых, он отлично знал, как выгодно в нём смотрелся, но, что бы ни говорила помощница, лучше прийти в чёрном, чем шагать пингвином в броне.

А на чёрном, если даже и будет кровь, её никто не заметит. Без макросъёмки, разумеется, но все знали, насколько он её ненавидел. И, разумеется, журналисты не желали в очередной раз поиздеваться над своим правителем. Они давно перешагнули тот виток цивилизации, когда жёлтая пресса ещё существовала, а мелкие статейки порочили чью-то репутацию. Разумеется, у них была и демократия, и свобода слова, но каждое мелкие издание, стремившееся просто распускать слухи, не переживало трехмесячный срок.

- Господин президент, - начальник охраны сердито нахмурился. – Это опасно. Вы рискуете своей жизнью.

- Разве вы не моя охрана и не должны меня от этого риска всячески защищать? – прищурился мужчина. – Разве я не за это плачу вас заработную плату? Между прочим, из государственной казны. Или прикажете мне искать частную охрану?

- Послушайте, - тяжёлая рука, упавшая, словно камнем, президенту на плечо, казалось, ничуть его не смутила. – Вы должны позаботиться о себе и о людях. Вы понимаете, что, защищая вас, могут погибнуть мои ребята?

- Вы не доверяете своему ведомству? Оно, кажется, публично гарантировало безопасность, - усмехнулся президент. – Или слухи о том, что где-то на крыше засел киллер с доисторическим оружием, всё-таки должны меня испугать?

Начальник охраны хотел возразить, но запнулся под суровым взглядом и умолк на миг, не решаясь говорить дальше

- Рэйван, - наконец-то серьёзно промолвил он, - мы знакомы уже больше пятнадцати лет. Разумеется, я хорошо контролирую своё ведомство. Но не стоит игнорировать уведомление об опасности. Я не хочу, чтобы кто-то из моих парней вынужден был принять пулю, которой можно было просто избежать.

- Значит, эту пулю придётся принять мне, - пожал плечами Рэйван так спокойно, словно ничему не удивлялся, и шагнул в сторону двери. Народ уже ждал его, и выступление срывать нельзя.

Они были в цивилизованном государстве, а значит, он не станет надевать на себя тридцать три кольчуги и шлем на голову, не будет будить в своём народе страх. Рэйван не считал себя идеальным правителем или самым смелым на свете мужчиной, но и уровень медицины, и уровень безопасности в государстве внушал определённое спокойствие и уверенность в завтрашнем дне. По крайней мере, в том, что он не должен испугать людей. Когда живёшь под боком у Разрухи, хочешь или нет, её приходится либо бояться, либо игнорировать.

…Люди заждались. Рэйван проигнорировал возмущённый шум сотрудников за спиной и вышел вперёд без охраны, приветственно улыбаясь толпе. До трибуны ещё надо было дойти по ограждённой дороге метра два шириной, и, разумеется, там невозможно проскользнуть так, чтобы никто не сумел дотянуться, но мужчина никогда не боялся чужих прикосновений. Он широко улыбнулся, шагая быстро, но размеренно, чтобы не возникло впечатления, будто он бежит к трибуне.

Он взошёл по ступенькам на предполагаемое возвышение, поправил микрофон, ввел пароль на маленькой цифровой клавиатуре, спрятанной от посторонних взглядов, чтобы вызвать голографический экран с данными у себя за спиной, а потом поднял голову, оглядывая площадь. Людей действительно было много, и чувствовалось, что напряжение в Городе постепенно возрастает. Конечно, Рэйван не боялся конкурентов, их и было-то немного, но задавался вопросом, как долго ещё будет удаваться так просто обходить их.

- Уважаемые граждане, - начал он свою речь привычно хорошо поставленным голосом. – Рад приветствовать вас на этой площади сегодня для того, чтобы лично услышать итоги весны, - он знал, сколько камер смотрело на него сегодня, в скольких домах и на скольких каналах будет транслироваться эта речь. Но переживать с пятнадцатилетним опытом правления казалось глупой затеей. – И огласить новости относительно всех нас волнующей Разрухи. Я каждый раз говорю об этом, и повторюсь и сегодня: да, мы сильны и прочно укрепились на своём месте. Да, Город расширяется и постоянно обновляет силовое поле. Мы – демократическое государство, которое помнит уроки прошлого и не собирается повторять ошибки предков. Но для того, чтобы не случилось коллапса, который погубит остаток цивилизации на этой планете, нам следует знать, что творится там. За границей. Я не раз был свидетелем того, как воспринимаются новости из-за пределов нашей страны, как люди отворачиваются от проблем, развернувшихся совсем близко к нам. И прежде чем я назову сухие цифры, я ещё раз хочу повторить, что моё намерение – не просто сохранить то, что есть. Целью любого президента, любого кабинета министров и любого народного собрания, каждого закона и каждого указа должно быть не только поддержание стабильности нашего государства, а и максимальное расширение его пределов и очищение планеты от Разрухи. Я хочу, чтобы вы знали: мы не только не отступаем. Мы, напротив, семимильными шагами идём вперёд.



Альма Либрем

Отредактировано: 21.08.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться