Разруха

Размер шрифта: - +

Глава шестая

Сивирра с таким надменным выражением лица опустила бумаги ему на стол, на тёмную дубовую поверхность, что Рэйван едва сдержал короткий смешок. Она заигралась в это сражение за президентское кресло, равно как он – в собственное правление, и теперь уже поздно было отступать назад.

- Как прелестно увидеть тебя дома одного, - протянула она. – Без этой надоедливой толстухи.

- Сивирра, имей уважение к людям, - он указал ей на кресло. – Чай? Кофе?

- Я выпью собственный яд, - она села и тут же с вызовом подалась вперёд, барабаня пальцами по подлокотнику кресла. – Ведь это ты хотел мне предложить, Рэйван?

- Мне казалось, мы давно уже переросли возраст дешёвых оскорблений, - хмыкнул Рэйван. – Но если ты пожелаешь, я, конечно, вновь могу поиграть в детство.

- Разве что-то изменилось с той поры?

- Только шестнадцать лет изменились, а так – ничего больше, - отозвался он. – И это немного самонадеянно: полагать, что за такой отрезок времени всё будет статично. Даже если мы с тобой хорошо сохранились, Сивирра. Ты всё ещё не ухватилась за то прошлое? Никому не давала поразительное интервью?

- Я могла бы рассказать им, - она прищурилась, - историю о том, как один недостойный мужчина умудрился соблазнить несчастную женщину, как воспользовался её связями для того, чтобы оказаться в кругу выше, чем тот, которому принадлежал, а потом просто выжал из своего положения всё, что мог. Как этот недостойный мужчина правит нашей прекрасной страной вот уже пятнадцать лет, и ему ничего до сих пор не сделалось, а он, взаправду, просто альфонс, и готов вить верёвки из всех вокруг.

- Я мог бы рассказать им, - Рэйван так и не сел, только остановился у большого дубового стола, гипнотизируя тёмную, его папку, - о том, как одна женщина изменяла своему мужу направо и налево: удивительно ли было, что она повелась на очередного случайного знакомого? Когда у мужчины не хватает силы либо возненавидеть свою супругу достаточно, чтобы выгнать её за дверь либо всё-таки простить, это обычно приводит к поразительным результатам. Но я не буду этого делать, потому что ты, Сивирра, такая же распутница, как я – альфонс, правда?

Она поднялась, вероятно, оставшись недовольной необходимостью смотреть на него снизу вверх. Их головокружительный роман был только приятным воспоминанием – был бы, не пожелай она однажды вернуть всё обратно.

- А как мне ещё тебя назвать? – Сивирра остановилась напротив него, воспользовавшись столом, словно естественной преградой, и упёрлась ладонями в тёмную поверхность. Взгляд ни разу не коснулся папки с компроматом, выдавая стальную выдержку, рождённую упрямством. – Как мне называть человека, который за мой счёт решил выбраться на столь высокий пост? Ты сломал однажды мою жизнь, а теперь думаешь выйти сухим из воды.

- Шестнадцать лет, Сивирра, - вздохнул Рэйван, - большой срок. Ты думаешь, эта месть не слишком остыла?

- В самый раз, - она проигнорировала то, что он так и не ответил на её откровенное нападение в жестах и в движениях, а стоял с ровной спиной и равнодушно смотрел в глаза, игнорируя кипевшее в душе раздражение. – Этого хватило, чтобы понять, что ты не остановишься. И что я не услышу правду.

Тэлоуинн предпочёл молчание. Он, разумеется, помнил о прошлом так же хорошо, как помнила о нём и сама женщина. Помнил то ли подстроенное, то ли случайное столкновение в каких-то коридорах, излишнюю пылкость выражений и несколько слов, замолвленных перед нужными людьми. Но Сивирре не в чем было его винить, она сама предложила свою помощь, сама сказала, что с него получится блистательный политик, если только он попытается подняться чуть выше.

Рэйван не был богат при их встрече. У него не было ни хорошей команды, ни нормального менеджера, вообще ничего, и кто бы мог предположить его успех? Сивирра, кажется, до сих пор была уверена в том, что дала ему ключ к успеху, швырнула собственные связи, вероятно, в надежде на отчаянную благодарность. Но она не сомневалась в том, что мужчина просто доберётся до какого-то помощника министра, займёт должность, которую ей могла подарить влиятельная семья. Кто бы мог подумать, что у него будут такие идеи?

В чём-то она не ошибалась. Да, если б не Сивирра, некому было бы говорить о Рэйване, некому было бы о нём услышать. Но в этом же она была кардинально неправа. Тэлоуинн стал президентом потому, что как только ему стало кому кричать, он предпочёл говорить на публику. И выдвигать идеи, о которых вот уж много лет никто не смел и заикаться.

Он смотрел на Разруху иначе. И умел пользоваться своим таинственным знанием так, чтобы ни у кого не возникало ни слова возражений. Это было маленьким ключом к успеху, и если бы Сивирра была тогда умнее…

- Ты думаешь, что все твои планы реально было осуществить? – протянул он. – Шестнадцать лет назад, когда я был никем, ты сама ни за что не согласилась бы стать моей супругой – не вышла бы публично в свет. Это всё было, разумеется, тайной, и ты – замужняя женщина. А через год, когда ты была готова… Ну, как бы это выглядело, Сивирра? Президент, который поклялся всего себя посвятить государству, внезапно женится на скандально бросившей мужа дочери богатых родителей, ещё и с шлейфом прошлого? Разумеется, меня бы никто не понял. А потом, мне казалось, мы успели забыть друг о друге.

Он успел, несомненно. Сивирру было просто вычеркнуть из жизни, наверное, именно благодаря тому, что она оказалась такой скандальной. Сейчас, такая статная, с её белыми волосами, выделявшимися особенно на фоне тёмного брючного костюма, она всё больше напоминала ему женщину, о которой Рэйван ни за что не стал бы вспоминать добровольно.

- Скажи мне, - протянула она, - зачем подавать свою кандидатуру на выборы? Огласил бы уже себя королём, да и довольствовался вечной властью. Ты ж планируешь выигрывать выборы до самого конца жизни!



Альма Либрем

Отредактировано: 21.08.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться