Сказки времён года

Font size: - +

Декабрь


Декабрь с улыбкой наблюдал за двумя мальчишками, которые вместо того, чтоб спешить в школу, медленно брели в другую сторону от неё и философствовали.

— Вот был бы я на месте учителя, я бы все уроки в Новый год отменил, потому что детям ведь не до таких глупостей как морв...морф...короче, не до правил русского! — возмущался один.

— И не до а-алгебры с треугольниками, - согласился другой. — Хорошо было, когда была одна математика, без геометрии... И вообще: вот бы каникулы длились не две недели, а месяц! — мечтательно прикрыл глаза он и чуть не споткнулся. Его товарищ рассмеялся.

— Мишка, ну ты растяпа!

Тем временем к ним бежал третий друг. Крича и размахивая руками, чтоб его заметили, мальчик пытался догнать друзей, однако те ускорились, чтоб позлить соклассника. Декабрь покачал головой, взмахнул посохом и призвал на них снег — только не с неба, а из сугроба.

— Эй, Толян, ты чего бросаешься?! — возмутился товарищ Миши, остановился и отправил в сторону запыхавшегося мальчика ответный снаряд, который приземлился в метре от цели. Тогда подошёл ближе, набирая по пути сразу несколько снежков, и начал атаку. Тем временем третий подобрался с другой стороны и толкнул Толика в сугроб.

— Эй, это был не я! — воскликнул тот, пытаясь подняться, но не смог, потому что одноклассники разом принялись закапывать его.

— Это война, — сказал Михаил пафосно, — в которой мы с Витькой одержали победу. Ты посмел напасть в спину, и мы обязаны придать тебя смерти.

— Чего? Вы рехнулись?! Это не я был. Он сам... прилетел.

— Ещё и врёт — мало досталось! — засмеялся Виктор.

— А вы куда шли-то? — спросил Анатолий, бросив попытки встать.

— Поклянись, что никому не скажешь! — потребовал Миша.

— Могила!

— В общем, Катя из параллели уже неделю болеет, и мы хотим её навестить, — поведали ребята. — Но не с пустыми руками: сейчас пойдём в магазин и купим ей фруктов всяких, апельсинов. А потом к ней. Сомневаюсь, что ты хочешь с нами...

— Да и школа ждёт: первый урок вот-вот начнётся.

— Короче, до завтра! — усмехнулся Витя и взглянул на друга, который решал, что дороже: учёба или уважение товарищей и поддержка больной.

— Нет! — решил он. — Я с вами. Катю жалко. Новый год скоро, а она одна...

Декабрь улыбнулся и пошёл дальше распространять новогоднее настроение. Все люди, задумчиво бредущие как по дороге, так и по жизни, вдруг чувствовали небывалое воодушевление и мечтали поскорее попасть домой, чтобы обнять близких и вместе с ними начать подготовку к смене года.

— И почему только я вижу, что людям грустно, и нужно их бодрить чудесами? - размышлял по пути Декабрь.

— Мама, мамоцька, Дед Молоз! — крикнула за его спиной девочка лет четырёх.

— Нет, это просто снег на солнце блестит, вот тебе и кажется, — улыбнулась её мама.

— Да нет зе, вон болода, синяя фуба, посохь, тоцьно он!

— Пошли уже, моя фантазёрка.

— Только вы, дети, и верите, на вас вся надежда... — сказал Месяц задумчиво, а дитя только диву далось.

Мимо проходила пара студиозусов. Один из них отметил, что декабрь в этом году чудесный.

— Да не сказал бы. Холодрынь такая — кошмар, — пожаловался второй, как вдруг ледяное дыхание ветра ссыпало снег с ветвей ему на голову. Его спутник засмеялся и сказал:

— Карма! Чтоб не обижал детей зимы!

Сказал и сам задумался. Откуда такая формулировка... Что-то тёплое поселилось в его душе, будто воспоминание из детства было связано с этим. Но нет, ничего он не мог припомнить, разве что сказку о месяцах, сидящих у костра и ждущих свой черёд перейти на большой камень... Но там не говорили так.

 

— Дядь, а Вы — Дед Молоз, да? — кричит мальчик Декабрю.


— Нет, малыш, я Декабрь, дитя Зимы.

— Ой как интелесно! А мама говорила, что месяцы не живые.

— Живые. Мы чувствуем, как и люди, но живём долго-долго, чтобы помогать вам.

— А Янваль и Февлаль тоже дети Зимы?

— Да.

— И вы длужите? Вот я со своим сталшим блатом не длужу, он меня обижает.

— Это ты зря. Пусть обижает, но вы — родные, пока вы вместе, вас не сломить. Ну-ка подумай хорошенько: он разве тебе не помогает?

— Помогает, — после долгой паузы отвечает мальчик, — но всё лавно обижает.

— А ты поговори с ним. Вдруг на самом деле он так пытается подружиться?

Мальчик задумался, а когда придумал, что ответить, обнаружил, что бородача и след простыл, а деревья вокруг блестят, как в сказке.

Да, не мог вспомнить парень, откуда у него в голове «дети зимы». Но точно помнил, как после одного хорошего декабрьского дня в нём что-то изменилось. Будто крупица добра поселилась в его душе, а затем выросла и расцвела. Не даром он собирается стать волонтёром и помогать людям.

А Декабрь думал о своей судьбе. Ему почему-то дано видеть в людях самое сокровенное, что даже они сами боятся узнать. Вот у этой девчушки великое будущее, если только рутина повседневности не убьёт в ней веру. Как в её матери. Та ведь тоже надеялась на чудо, на добро, но... сдалась. В бою с рутиной люди вообще часто проигрывают только потому, что не знают, стоит ли вера усилий.

Души тех мальчиков ему тоже видны. Толя — мечтатель, он играет на гитаре. Задевая её струны, он стремится играть на струнах душ. О нём говорят, что он мало общается со сверстниками, мало чем интересуется, учится только для виду. Сколько раз родители пытались отвлечь его от гитары, но мальчик давно понял, что музыка — его главная страсть. Он даже пытался писать сам, правда, не всегда выходило то, что играло в его голове, но он старался, иногда ночами не спал, чтоб подобрать нужное звучание. Если запал не погаснет из-за несчастной любви, его мечтания сбудутся.



Айседора Солнцеслава

Edited: 10.01.2019

Add to Library


Complain