Две жизни Эмили

Размер шрифта: - +

Глава 6.

Пока я размышляла о том, кто бы мог быть. Логичнее всего было бы, если бы мужем оказался страшный маг. Ведь не зря я тут оказалась, но брат сказал, что никто меня замуж не выдал. Все страннее и страннее.

- Вот... и когда я потащил тебя к себе, шар лопнул. И я услышал, как там какой-то пожилой мужчина кричит: «Эмили! Доченька! Нет!» Так я узнал твое имя.

- Отец... - прошептала я, но голове совсем не прояснилось, - я ничего не помню. Совсем. Но чувствую, что вы говорите правду, господин...

- Значит тебя не смущает, бред про другой мир? - удивился мой брат... нет... он же получается мне не брат. А совершенно посторонний мужчина!

Стыд накрыл меня удушливой волной. Все же я вела себя с этим мужчиной совершенно неподобающим образом.

- Эмили, - он заглянул ко мне в лицо, - тебе плохо? Дать водички?

- Нет, господин, - нашла я в себе силы, ответить на вопрос, - простите. Я вела себя отвратительно. Но я почему-то решила, что вы мой брат... Простите... пожалуйста.

- А! - отмахнулся он, - это такая ерунда. Эмили, прости, но я не знаю,как вернуть тебя обратно. Но кажется знаю, как помочь тебе устроиться в нашем мире. Только ты должна молчать о своем прошлом. Слышишь? Ни слова. Ни намека. Иначе тебя заберут и не факт, что не на опыты.

- Да, господин, я поняла, - понимание ситуации легло на меня тяжелым комом, придавив к кровати, - это будет нетрудно, господин. Я и, правда ничего не помню о своем прошлом. И даже свое имя я узнала из ваших уст. Поэтому и решила, что вы из моей семьи. Простите.

- И еще... не говори никому о магии. В нашем мире ее нет. У нас развиты технологии.

- Нет магии? - вскинулась я, - но как же так? Бог-отец никогда не лишил бы людей, рабов божьих, своей благодати.

- Бог-отец, - господин невесело рассмеялся и встал с кровати, - значит, считай, ты попала в мир Бога-сына. Видать его благодать еще не отросла. Эмили, ты должна продержаться еще пару дней. А потом я заберу тебя отсюда.

- Хорошо, господин, - ответила я. А что мне оставалось? И, вообще, я подумаю об .том позже. Не сейчас.

- И еще, - мой брат... ну... я уже привыкла так о нем думать, - не говори мне господин. И никому не говори. У нас так не принято. Хорошо?

- Хорошо, госп... простите.

- Спокойной ночи, Эмили, - он снова подарил мне искреннюю и светлую улыбку, которая немного развеяла тьму боли в моей душе.

Брат ушел, а я лежала и не могла уснуть. Как же так вышло? Да, рассказ о моем переходе в другой мир напугал меня. Но не сам факт перехода, а причина, по которой это случилось. Маги в нашем мире давно выяснили, что миров много. И переходы между мирами тоже случались. Но только с теми мужчинами, кто был слишком близко к грани. С теми, кого отправляли на грань в ссылку. И это должен был быть очень большой проступок. А уж про то, чтобы на грань отправляли женщин, я, вообще, совершенно уверена, никогда даже не слышала. Что же я такого натворила? Самый большой женский проступок — это непокорность отцу, брату или мужу. Ну... еще позор... когда девушка греет постель постороннему мужчине без разрешения господина, которому принадлежит. Но даже в этих двух случаях, ей грозит заключение на хлебе и воде в храме Богини-Матушки. Это ужасно, но все же не ссылка на грань.

Я даже немного всплакнула. Хотя я никого не помню, но мой брат сказал, что там, в том мире у меня был отец. И совершенно точно он заботился обо мне. Ведь это же правильно заботиться о своих детях.

Мои мысли и размышления заняли все пространство, и даже заснув не перестала думать о том, за что же меня могли отправить на грань. Что же я натворила. О прощении какого проступка я должна умолять Богиню-Матушку.

Я незаметно заснула и мне приснился чудесный сон.

- Эмили, смотри, - у меня на коленях лежала огромная красивая книжка с яркими картинками, - это Бог-Отец.

Скрюченный палец моей нянюшки ткнулся в красивого строгого господина в голубых одеждах.

- Красивый, - выдыхаю я вожу по странице пальчиком, - как мой папа.

Няня довольно улыбается.

- А это Богиня-Матушка. - она переворачивает страницу, и я вижу молодую, прекрасную женщину, сидящую у ног Бога-отца.

- Как мама? - вскидываюсь я, - а когда она придет ко мне? Я уже соскучилась.

- Эмили, - нянюшка качает головой, - ты уже взрослая, тебе нельзя находиться на женской половине. Твой отец и так был чрезвычайно добр к тебе. Я же тебе рассказывала, мы, женщины слабые создания, и нуждаемся в постоянном присмотре, заботе и опеке. Мы не способны позаботиться о самой себе, не то, что о своих детях. И если детки будут с мамой очень долго, то мамы становятся все несчастнее и несчастнее. Они будут плакать и расстраиваться. А ты же знаешь, что хорошее настроение женщины тоже забота отца. Твой папа уже успокаивал тебя, когда ты капризничала. Я знаю.

- Да, - я задумчиво ковыряла в носу, - мама часто плакала. Я помню.

- Вот видишь, - нянюшка улыбнулась, - забота каждого мужчины — счастье женщины, которая рядом. Пока о тебе заботится папа, а когда вырастешь, папа найдет тебе мужа, и твой муж будет заботиться о тебе. А ты всего лишь должна быть покорной дочерью и женой. Ведь это же совсем не трудно. Нужно всего лишь делать то, что велит папа. Ты поняла?

- Да, нянюшка... а если мне не хочется?

- Эмили, это черная неблагодарность. Даже если тебе не хочется, то из благодарности за то, что твой папа делает для тебя, ты обязана быть послушной. И сейчас мы пойдем обедать. Твой папа велел, чтобы ты съела всю кашу.

- Нет, - захныкала я, но встала и побрела за няней в столовую,- я не люблю кашу, там пенки.

- Твой папа велел, чтобы ты все съела. И это не обсуждается, Эмили.

Строгий голос няни заставил меня прекратить ныть. Иначе она нажалуется папе, а он успокоит меня, посмотрев в глаза. Пристально и страшно. И потом я буду сидеть без движения долго-долго. Папа называл это наказанием. А наказание я не люблю еще больше, чем пенки.



Натали Катс

Отредактировано: 17.02.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться