Ломбард Проклятых душ. Пятая книга. Коронованный бродяга

Размер шрифта: - +

Глава 40. Как две капли воды

     Приехав домой, юношу сразу позвал папа, но, входящую в комнату лже-Петрову не пустил. Анджей вошел и на манекене увидал свадебный наряд, стоящий напротив окна. Солнечные лучи освещали его, и бриллианты сверкали словно звезды.

- Ах! – восхитился юноша, наблюдая, как мерцает усыпанный бисером плащик.

            Плащики – это обязательный атрибут торжественно-бытавушного мужского костюма, как в древности и в современных патриархальных обществах, фата невесты.

- Нравится? – улыбнулся Герман сыну, и тот просиял.

- Это просто мечта…

            Отец улыбнулся, но по его щекам покатились слезы. Ласково погладив по лицу юношу, он прошептал:

- Вот и время прошло. Вот и ты теперь жених. А как будто бы мы совсем недавно встретились… - тут мужчина спохватился, - с твоей девушкой. Как будто бы совсем недавно ты привел ее домой, и мы с мамой наконец-то встретились с той, кто похитил сердце нашего мальчика.

            Слушая его красноречивую речь, Анджей и не заметил заминки.

 

* * *

            Только вернувшись в отель, Митенька понял, что не хочет идти знакомиться поближе с Алесей. Как-то это некрасиво. Чего это на него нашло-то?!  Вот уши развесил-то! До него только сейчас дошло, что это не поклонница его творчества, а девушка, которой он понравился! В его же сердце по-прежнему царствовал образ покойной Арины. Но что же сказать новой знакомой? Обижать ее тоже не хотелось.

            Юноша сидел на кровати и смотрел в стену. Нужно что-то соображать. Алеся, когда он прошел в гостиницу, к счастью, его не увидела, и теперь можно сослаться на то, что приехал позже? Или его кто-то выдаст? Нет, лучше все-таки сходить к ней на встречу и сразу же прояснить то, что между ними ничего не может быть кроме общения, потому что он любит другую!

           Так решил Дмитрий и отважно направился к дверям из номера.

 

* * *

Пока Арина невольно играла роль Люды, настоящая Люда вернулась вместе с Крисом в село. Дядя Костя и тетя Жанна даже не узнали юношу и потом еще несколько дней не могли поверить – до чего он похож на покойного Кэйода! Постепенно все улеглось, Петрова даже умудрилась с новыми товарищами съездить на полярную рыбалку, откуда вернулась просто невероятно счастливая. Зато Кристобаль был не очень счастлив, когда чистил щук и муксунов. 

    И пока лилась вода на кухне, тетя позвала племянницу поговорить и, как только вышли во двор, показала ей перебинтованный кулак. Людмила ничего не поняла и опешила.

- Вот гляди, Людк: вчера вечером, когда мы ждали тебя, я делала скворечник. И нечаянно  сильно поранилась гвоздём. Чего это мне на ночь глядя в голову взбрело дом колотить для птичек, не знаю, но бежать в травмпункт не хотелось, и Криссик мне наложил повязку.

- И…? – не поняла девушка.

            Она помнила, как и сама, разрезая арбуз, поранилась, и Кристобаль перевязал ей руку, но… все равно ничего не понимала. К чему клонит тетя Жанна? А та меж тем продолжила:

- А сегодня утром я пошла в травмпункт, и там мне сказали, что перевязка была профессиональной! Он – никакой не воспитатель, а профессиональный медик!

- Я ничего не понимаю… может, он военный переводчик какой, и был у них курс в институте такой, где учили уколы…?

- Можно было бы и такое предположить, Люд… - прервала ее тетя, - но вот медицина и внешность… Ни какой он ни Кристобаль фон Шайн, а Кэйод Соболев!

 - Да не! Быть не может, - запротестовала девушка. - Нам рассказывала Шагдырова о том несчастном случае – в такой аварии вряд ли бы он выжил.

- Но невеста его с ним ехала, но она-то выжила.

- Ее выбросило из машины…

- А может, и его тоже…? – но тут Жанна осеклась и замолчала, а потом с горечью добавила: - А, впрочем, какое мое дело? Я – краснодеревщица. А ты – военная. Мне ли тебя учить? Но Люда… - Женщина посмотрела ей в глаза: - Мне кажется, ты в него влюбилась, потому и не хочешь, чтобы он оказался принцем.

            С этими словами она направилась в дом, а пораженная племянница, немного постояв, пошла за ней. Кристобаль, конечно, ей нравился. Чего скрывать? Но вот в сердце еще не зажили раны от смерти Анджея.

            Тетя Жанна считала, что нужно каким-то образом связаться с Нэрвой, и реакция племянницы удивила и насторожила ее. Она поняла, что Люда испытывает к этому юноше нечто большее, чем стало принято у них считать. Жалко становилось девчонку, ведь Крис, если он, действительно, самый настоящий принц Кэйод, никогда не ответит ей взаимностью – у него уже есть любимая невеста.

 

* * *

 

            Меж тем Нэрва все еще оставалась в Эльмирграде. Она решила не возвращаться домой, пока не станет более или менее спокойной за Дашу. А та даже и не думала выходить из депрессии. Иной раз принцесса, выезжая из отеля в тюрьму, с ужасом гадала, какой очередной номер выкинула накануне подруга. А Соколова то «перепутывала» дозу лекарства от головной боли, то у нее подчистую пропадал аппетит, а то и вовсе ей становилось интересно, как устроена люстра, и она вставала на табуретку с «веревкой-страховкой»! Сидела Дарья в изоляторе для политических заключенных, и у нее имелось многое, что не имели матерые, натуральные преступницы-гопницы в своих камерах. Правда, некоторые вещи у нее отняли. Теперь девушке готовили еду, не разрешая этого делать самостоятельно, так как  уже несколько раз она «случайно резала запястья». Отняли у нее и стеклянную посуду, потому что та постоянно билась, и несчастная «ранилась», когда собирала осколки. Вскоре ей разрешили есть только пластмассовой ложкой, так как вилкой Соколова, похоже, разучилась пользоваться по назначению, принимая за нож и точа ее зубчики, делая из них лезвия.



Maria Shmatchenko

Отредактировано: 13.08.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться