Ягайна

Размер шрифта: - +

17

Сама не понимая почему, в эту минуту я была зла на весь белый свет, казалось, попадись мне сейчас кто-то на пути, я могла бы расщепить его на мелкие кусочки одним взглядом или проклясть до одиннадцатого колена. Но, к всеобщему счастью, все персоны, находящиеся в радиусе потенциального риска, были сейчас вне зоны моего рассерженного доступа: Кот и Иван по прежнему дрыхли на улице, Ворон вероятнее всего по обыкновению тоже спал на печке, возможных посетителей отвадила пьянствующая троица, вспомнив о чем, я разозлилась еще больше.

Мне, между прочим, жить за что-то нужно! Одним сарафаном сыт не будешь. А эти балбесы мою клиентуру отваживают.

Я схватила со стола кружку чая, который заварила, пока Ветры принимали солнечно-морские ванны, и уселась в свое кресло «для печали». Это было старенькое кривоватое кресло с большими подлокотниками и мягким сиденьем. От многочисленных часов, что я проводила в нем, оно уже промялось в самых невероятных местах, повторяя очертания моей спины и попы. Все кто ни садились в него, моментально ощущали дискомфорт, торчащие пружины и твердые края каркаса, что упирались в тело сидящего под немыслимыми углами. Зато для меня не было милее и любимее предмета мебели. Кресло принимало меня в свои теплые объятия и дарило комфорт и уют. Я всегда садилась в него, когда мне было грустно или одиноко, когда за окном дождь или вьюга, когда просто нет настроения. Вот и сейчас мне захотелось почувствовать себя «в домике».

Я завернулась в плед и плюхнулась в кресло. Обернула руки вокруг кружки. Разумеется, чай уже остыл. Сегодня просто не могло быть иначе. Бывают такие дни, которые не задаются с самого утра – уж если что пошло наперекосяк, то потом события развиваются, как снежный ком. Иногда получается вовремя отпрыгнуть в сторону, и эта метафорическая лавина неприятностей проскакивает мимо, а бывает – как сегодня – огромная куча мелочей, соединившись в одну большую сплошную неудачу, накрывает тебя с головой. И тогда любого самого незначительного пустяка достаточно, чтобы снести стену морального спокойствия, что выстраивалась много дней.

И этот холодный чай сейчас стал именно такой последней каплей – я зарыдала. Плакала так, как плачут дети – навзрыд и очень горько. Плакала и не понимала, отчего. И от этого непонимания расстраивалась еще сильнее.

- Ы-ы-ы, - горечь рвалась наружу, и не было совершенно никакой возможности сносить ее молча. В носу моментально образовалась влага, я шмыгнула, попыталась утереть нос рукавом, но предательская кружка выскочила из пальцев, сделала в воздухе кульбит, выплескивая все содержимое на меня, плед и кресло, дзенькнула о край стола, стоящего рядом и упала на под, брызнув осколками. По полу разлетелись фарфоровые кусочки и заварка. Я, неловко дернулась в кресле, стараясь то ли поймать чашку, то ли увернуться от чая, льющегося из нее, и старенькое кресло не выдержало таких экзерсисов на нем – с оглушительным треском одна их его ножек подкосилась, и я кубарем скатилась на пол – прямо в чайно-осколочную лужу. Хорошо, что я была в толстом вязанном пледе, иначе кровопролития не миновала бы.

Первым желанием было моментально встать – убирать, чинить, приводить в порядок. Но потом я вспомнила, что всего пару секунд назад рыдала, что у меня в жизни – полная неразбериха, что предстоит полет на Лысую Гору, где придется – я в этом не сомневалась – получать, не понятно, за что, что гиблая поляна в этот самый момент уже ест какого-нибудь невинного бельчонка или лисенка. Потом представила себя со стороны – лохматая, сопливая, мокрая, злая ведьма лежит в луже чая и заварки у развалин сломанного кресла. А снаружи дрыхнут пьяные Кот и Ваня. А Юзика только что искупали в ледяном океане.

Я захохотала. Забавная из нас всех компания получается!

Я лежала на полу и хохотала с подхрюкиванием, даже не думая вставать. И, пожалуй, лежала бы так еще долго, но тут в дверном проеме показался все еще темноволосый и сероглазый Нот:

- Ягайна?

- Изыди, - беззлобно ругнула я его, счастливо улыбаясь и глядя в потолок. Все-таки смех – самое волшебное лекарство на свете. Стресс, копившийся уже давно и усугубленный сегодняшними событиями, должен был каким-то образом выплеснуться наружу. Скорее всего я бы проплакала в кресле минут двадцать, потом бы собрала себя в кучу и пошла воевать гиблую поляну. Но в душе остались бы горечь и недовольство. Но теперь, отсмеявшись, мне было светло и хорошо, как будто в груди поселился солнечный зайчик.

- Все в порядке? – Ветер даже не подумал уходить.

- Было бы гораздо лучше, если б тебя здесь не было, - процедила я недовольно, но настроение на самом деле с каждой секундой только улучшалось.

- Она всегда такая сердитая? – в дверном проеме показалась еще одна темноволосая и сероглазая голова.

- По большей части, - ответил Нот, - но в этом ее очарование.

- Да, я уже заметил, что эта девушка необычная, - ухмыльнулся Костя, так как это был, разумеется, он.

- Оба изыдьте! – я даже не подумала подниматься с пола, наоборот, закуталась посильнее в плед и отвернулась от них.

- Кажется, в этом доме не слышали про гостеприимство… - показно протянул Костя.

- Зато в этом доме слышали про экстренное вышвыривание непрошенных посетителей с крыльца с жизнеутверждающим пинком под пятую точку, - пробубнила я.



Еленка Смитенко

Отредактировано: 05.12.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться